# "Остров мертвых"

Аноним Тэффи

Н. А. Тэффи


"Остров мертвых"


Тэффи Н. А. Собрание сочинений. Том 1: "И стало так..."

М., "Лаком", 1997.


Вчера мне повезло. Вчера я была счастлива.

Я сидела в гостиной, в которой ни на одной стене не висела гравюра с картины Беклина "Остров Мертвых"!

Конечно, поверить этому трудно, но, уверяю вас, я не хвастаю.

В продолжение приблизительно десяти лет, куда бы я ни пошла, всюду встречал меня этот "Остров Мертвых".

Я видела его в гостиных, в примерочной у портнихи, в деловых кабинетах, в номере гостиницы, в окнах табачных и эстампных магазинов, в приемной дантиста, в зале ресторана, в фойе театра...

Я так привыкла к этому, что часто, входя в какой-нибудь новый дом, инстинктивно искала его глазами и, только найдя, успокаивалась.

-- Ага! Вот он! -- думала я. -- Ну, значит, все в порядке.

Если случайно где-нибудь "Острова мертвых" не оказывалось, то это было признаком очень серьезным. Это значило, что жизнь в этом доме течет не обычным, а каким-то неестественным, болезненным порядком. В лучшем случае это означало, что люди только что переехали и еще не успели устроиться или собираются переезжать, и "Остров мертвых" уже упакован.

Но чаще отсутствие этой картины знаменует какую-нибудь тяжелую семейную драму или полный крах, когда люди уже ни на что не обращают внимания и о чужом мнении не заботятся.

Одна моя приятельница, которую я давно не видала, встретила меня приветливо, весело, оживленно щебетала и в продолжение получаса обманывала меня так ловко, что я все время думала:

-- Вот ведь кому хорошо живется!

Но вдруг я скользнула глазами по стене и тихо ахнула: на стене не было "Острова мертвых".

-- Надя! -- сказала я, взяв ее за руку. -- Скажи мне сейчас же, но только всю правду, отчего у тебя нет "Острова мертвых"?

Глаза у нее забегали, она, видимо, смутилась, но старалась казаться веселой.

-- "Остров мертвых"? Ах, что за пустяки! Неужели то так-важно?

-- Надя! -- повторила я строго. -- Не лги! Где "Остров мертвых"?

Она вдруг заплакала и сказала покорно и искренно:

-- Мне Сережа изменяет!

-- Ага!

-- Только я не хочу, чтоб об этом знали! Я стараюсь скрыть, я смеюсь и болтаю...

-- Стараешься скрыть, а забываешь повесить "Остров мертвых". Ты наивна или других считаешь таковыми. Сейчас же повесь и не пускай никого, пока не повесишь.

Она горячо поблагодарила меня и тут же послала прислугу в мелочную лавку взять пока что хоть пару открыток с "Островом мертвых".

-- Я думаю, если пару повесить, то это совсем отвлечет подозрения. А у нас в мелочной очень недурные, потому что большой спрос. Да и удобно: нам отпустят на книжку.


* * *


Вспоминаю, как я увидела "Остров мертвых" в первый раз.

Это было давно, в те блаженные времена, когда стены украшались приложением "Нивы": "Король-жених" или "Дорогой гость".

"Король-жених", как картина содержания салонного, вешалась больше в гостиную. "Дорогой гость" был хорош и в столовой, потому что изображенная на нем чара вина возбуждала соответствующие обеду мысли.

Оба эти произведения искусства ни к чему не обязывали, на воображение не посягали и на настроение не метили. Они просто висели -- и ладно.

В хозяйстве это было даже подспорье. Увидит хозяйка масляное пятно на обоях или заметит, что крюк какой-нибудь из стены торчит без смысла и цели -- возьмет "Жениха" либо "Дорого гостя" и повесит. И вся семья потом радуется:

-- Вот как удачно вышло!

-- Как раз пятно закрыто! Чудная картина!

И вот в один прекрасный день увидела я вместо "Дорогого гостя" большую гравюру, тихую, жуткую.

-- Что это?

Это был "Остров мертвых".

Я долго смотрела на него, как смотришь в первый раз на загадочную красавицу-незнакомку, смотришь и не знаешь, что будет она твоей женой, народит золотушных идиотов и будет визжать на кухарку, тряся кулаками:

-- Если вы чашку разбиваете, вы обязаны откупить! Я не обязана вам чашку прощать! Вы обязаны беречь барское добро, а я вас дармоедку, держать у себя не обязана.

Я смотрела на "Остров мертвых", а хозяин дома, беспартийно-декаденствующий молодой человек, говорил, выкатив на картину сизые глаза:

-- Дэ! Это хорошо! Дэ! Это важно! Дэ! Это нужно!

С тех пор я точно переменила место жительства. Я не узнавала привычной обстановки. Точно заклял меня кто и отгородил от прежней жизни этими мертвыми скалами. Сначала было интересно, приятно. Картина нравилась и была хороша! Потом с ней начали ассоциироваться слышанные сплетни, виденные рожи, промученные скукой часы. Чем дальше, тем хуже. Мало-помалу проявлялось к картине странное отношение. Она становилась противной, как невинный и бессловесный идиот, который хоть и ни в чем не виноват, но раздражает до бешенства, потому что торчит перед носом, когда его совершенно не требуется, потому что бестактно напоминает о чем не следует, и тем противнее, чем невиннее.

И кажется, что она подурнела за эти годы. Кипарисы облезли, горы расселись, лодка скособочилась и у плывущих на ней покойников спины стали какие-то подозрительные.

И я решила, что с меня довольно. Или я, или она.

И действовать нужно хитро. Для многих "Остров мертвых" имеет такое же серьезное значение, как -- университетский значок на груди спившегося чиновника.

-- Мы, мол, тоже не лыком шиты. Мы, мол, сами с усами, знаем, что такое стиль нуво, и имеем высшие запросы относительно искусства. А без значка кто нам поверит?

И я схитрила.

Пришла к знакомым, оглядела стены гостиной, удивленно подняла брови:

-- Послушайте, что же это такое? Где же у вас приложение к "Ниве", знаменитая картина "Король-жених"?

Все растерялись. Сначала усмехнулись, потом притихли.

-- Н-не знаем... Кажется, на чердаке где-то есть. А что?

-- Как что? Разве вы еще не знаете, что теперь нельзя вешать "Остров Мертвых"? Это старо! Это показывает, что вы разучились молиться и претворять обыденно повседневное в мистически единственное через экстаз личного творчества. Повесьте сейчас же на место этой пошлости "Короля-жениха". В этом радость!

Они повесили. А я выкатила глаза, совсем как беспартийно-декаденствующий молодой человек, и сказала внушительно:

-- Дэ! Это важно! Дэ! Это нужно!


КОММЕНТАРИИ


"Остров мертвых". "Остров мертвых" -- картина швейцарского художника А. Беклина (1827--1901), написанная в 1880 г., репродукции которой были очень популярны в России, являясь почти необходимой деталью претендующей на утонченность мещанской обстановки. См., например, у Саши Черного в стихотворении "Культурная работа" (1910): "Свистал. Рассматривал тупо // Комод, "Остров мертвых", кровать...".

"Нива" -- популярный русский еженедельный иллюстрированный журнал, выходил в Петербурге в 1870--1918 гг., в качестве "премии" подписчикам выпускались, в частности, и репродукции.