# К истории создания "Вех"

Михаил Осипович Гершензон

Подборка писем С.Л. Франка, С.Н. Булгакова, П.Б. Струве, А.С. Изгоева, Н.А. Бердяева.

Минувшее: Исторический альманах. 11.

М.; СПб.: Atheneum: Феникс. 1992.


## К ИСТОРИИ СОЗДАНИЯ "ВЕХ"


## Публикация В.Проскуриной и В.Аллоя


Предлагаемая читателю подборка писем С.Л. Франка, С.Н. Булгакова, П.Б. Струве, А.С. Изгоева, Н.А. Бердяева -- относится к 1908-1910 годам. Все они адресованы М.О. Гершензону -- инициатору, составителю и редактору сборника "Вехи", чей выход в свет в марте 1909 года стал крупнейшим событием общественной и интеллектуальной жизни страны. Чтобы представить масштаб этого события, достаточно сказать, что сборнику было посвящено около трехсот статей в повременной прессе {См.: Richard Pipes. Struve, Liberal on the Right, 1905-1944. Harvard University Press, Cambridge, Massachusetts and London, England, 1980. P. 109. Н.П. Полторацкий указывает на более чем двести печатных откликов, однако оговаривается, что использованная им библиография повременной периодики неполна. (См.: Н.Полторацкий. "Вехи" и русская интеллигенция. // Мосты. 1963. No 10. С.297).}, пять отдельных книг, полемизирующих с высказанными в нем идеями {Сборники "В защиту интеллигенции", ""Вехи" как знамение времени", "Интеллигенция в России", "По Вехам. Сборник статей об интеллигенции и "национальном лице"" и "Из истории новейшей русской литературы" вышли в течение 1909-1910 гг.}, восемь широких обсуждений в Москве, Петербурге и за границей (доклад Ю.Мартова в Швейцарии), наконец -- специальное турне по России лидера кадетов П.Н. Милюкова с публичными лекциями, направленными против "Вех". Следует отметить, что с течением времени и появлением новых тиражей -- а "Вехи" за двенадцать месяцев выдержали пять изданий -- волна откликов лишь нарастала, вызывая у самих авторов сборника, ожидавших "скандала", -- поначалу радость, а затем и некоторую растерянность. Так, Бердяев 14.05.1909 (в разгар споров вокруг первого издания) пишет Гершензону, что ""Вехи" становятся почти историческим событием", а в августе того же года, когда речь зашла о четвертом издании, отмечает: "Боюсь, что с "Вехами" начинается какая-то психопатия или мода, у нас все ведь так" {См. 2-е и 4-е из Бердяевских писем в настоящей публикации.}. Сам Гершензон в письме к брату от 31.03.1910 признается: "Мы далеко не ожидали такого большого впечатления" {ОР ГБЛ. Ф.746. К.20. Ед.хр.13. Л.19 об.}. "Шумный скандальный успех" книги отмечал и Франк.

Столь бурная общественная реакция объяснялась тем, что авторы сборника умудрились задеть буквально все болевые точки интеллигентского сознания. При этом, в отличие от предыдущего сборника статей -- "Проблемы идеализма", "Вехи" не только выдвигали "необходимость религиозно-метафизических основ мировоззрения", но "в них содержалась резкая, принципиальная критика революционно-максималистских стремлений русской радикальной интеллигенции" {С.Франк. Биография П.Б. Струве. Н.-Й., 1956. С.82.}. Бердяев показывал слабость ее философской культуры, утилитаризм и политиканство; Булгаков -- атеизм и в то же время эсхатологический максимализм интеллигентского миросозерцания; Гершензон -- бессилие и патологичность сознания, оторванного от творческой воли; Изгоев обличал отщепенство интеллигентной молодежи, кружковщину, делавшую единственным жизненным критерием -- левизну; Кистяковский -- презрение к праву и отсюда непонимание самого смысла свободы; Струве -- враждебность любому политическому устройству, анархизм, ведущий к разрушению, а не к созиданию государства; Франк -- воинствующий нигилизм, отказ от объективных ценностей и абсолютизацию собственной морали. К тому же вся эта "горькая правда" выражалась в резкой и подчас парадоксальной форме, и выражали ее люди, причислявшие себя к той самой интеллигенции, чьи пороки они обличали. Неудивительно, что диагноз был отвергнут, а посягательство на святая святых интеллигентского символа веры вызвало дружный отпор его хранителей, причем всех сразу -- от либералов до большевиков.

В результате призыв "Вех" остался не понятым и, уж во всяком случае, не принятым подавляющей массой русской интеллигенции. По словам о. Георгия Флоровского, сборник стал "только симптомом, никак не итогом" {Прот. Г.Флоровский. Пути русского богословия. Париж, 1937. С.491. Эта характеристика не утратила смысла и сегодня, ибо вопросы, поднятые авторами сборника, остаются актуальными и в нынешней России. Правда, общественный отклик на книгу резко упал, что тоже говорит о состоянии интеллигентского сознания, особенно если сравнить 50000-ный тираж московского издания прошлого года и 14000-ный общий тираж всех пяти изданий "Вех" в 1909-1910 гг.}.

О значении "Вех" и полемике вокруг них написано множество работ {См. указание на подробные обзоры этой полемики в прим. 17 к письмам С.Л. Франка (с.284-285).}, и подробно останавливаться на ней здесь нет смысла. Цель настоящей публикации -- попытаться осветить внутреннюю сторону становления сборника, взглянуть на него и на то, что творилось вокруг "Вех", глазами авторов. Но не мемуаристов, через десятилетия вспоминающих начало века, а живых соучастников в процессе создания книги. Это позволяет внести коррективы в мемуары, понять, как складывался авторский состав и тематический отбор статей, увидеть реальные контуры согласия и расхождений "веховцев" -- ив критической части сборника, и в его "положительной платформе". Наконец, это показывает и первую непосредственную их реакцию на разразившийся общественный скандал и начатую в печати травлю.

Особый интерес предлагаемых писем еще и в том, что они являлись, по крайней мере для петербургских участников сборника, -- едва ли не единственной возможностью высказать свое мнение. Условия создания "Вех" были таковы, что почти все редакционные обсуждения велись письменно. Единственное известное собрание авторов -- и то всего лишь четырех: Струве, Кистяковского, Булгакова и Гершензона -- состоялось в конце октября -- начале ноября 1908, т.е. в момент, когда сборник еще только задумывался и ни состав участников, ни содержание его не были окончательно сформулированы. Остальные встречи были спорадическими и случайными -- в момент прибытия кого-либо из петербуржцев в Москву, как, например, 15 января 1909 г. на квартире у Гершензонов в составе: Бердяев, Булгаков, Франк и сам Гершензон {См. письмо А.О. Гершензону от 18 января 1909 г. (ОР ГБЛ. Ф.746. К.20. Ед. хр.10. Л.7 об.).}. Ни разу за все это время авторы "Вех" не собирались в полном составе. Таким образом, редактор-составитель часто устраивал заочный опрос своих соавторов, собирая их мнения по тому или иному поводу.

Это обстоятельство прекрасно иллюстрируется спором о названии сборника, а предлагаемые варианты -- великолепно характеризуют особенности мышления и стилистики каждого из участников. Так, Струве предлагает в качестве названия книги "На гору", Булгаков -- "К русскому обществу", Франк -- "На перепутьи", Изгоев -- "К русской молодежи", сам Гершензон -- "Московские думы", затем -- "Вехи и межи". От последнего в конце концов и отпочковалось окончательное название -- "Вехи".


* * *


Публикуемые письма хранятся в Отделе рукописей Государственной библиотеки им. Ленина в Москве, в фонде М.О. Гершензона (Ф.746). В подборке представлены письма всех авторов "Вех", за исключением Б.А. Кистяковского, чьи рукописи остались нам недоступны. Пользуемся случаем выразить признательность сотрудникам Отдела В.Я. Дерягину, В.Ф. Молчанову и З.А. Силаевой за предоставленную возможность ознакомиться с оригинальными текстами.

Письма печатаются по новой орфографии, авторский синтаксис в подавляющем большинстве случаев сохранен. Подчеркнутые в тексте слова выделены курсивом.


ФРАНК -- ГЕРШЕНЗОНУ

(ОР ГБЛ. Ф.746. К.42. Ед.хр.60)


1


СПб, 19 Октября 1908


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Предлагаемый Вами план сборника, посвященного кризису нашей интеллигенции, я горячо одобряю, вполне понимаю, и с большим удовлетворением приму в нем участие1. Выполнение его потребовало бы, вероятно, личного собеседования между участниками2. Пока имею сделать следующие критические замечания по поводу Вашего плана:

1) Вступительную captatio benevolen fine я считаю ненужной и даже вредной. Я представлял бы себе, что должно быть общее предисловие всех сотрудников, в котором была бы высказана идея сборника и отмечено, что, критикуя интеллигенцию, мы апеллируем к ее же нравственным и духовным силам и верим в возможность ее возрождения. Это было бы и правдиво, и вполне достаточно. Во всяком случае, такого рода вступительную статью нельзя поручать Иванову-Разумнику, сотрудничество которого я вообще считаю нежелательным -- он сам слишком "современный интеллигент" со всеми недостатками этого типа3.

2) Все сотрудники сходятся, очевидно, в отрицательном отношении к современному состоянию интеллигенции, но могут расходиться (в известной мере) по своим положительным идеалам. С этой точки зрения я считаю участие Бердяева желательным и необходимым, т.к. он один из немногих писателей, смело и свободно говоривших против интеллигенции4. Нам нужно было бы условиться сосредоточить работу на критике, и лишь кратко наметить положительные идеалы, во имя которых она производится.

3) Желая быть вполне откровенным в таком серьезном деле, я -- не зная Вашего отношения к Габриловичу -- считаю нужным высказаться против его участия. Я его очень ценю, как талантливого и образованного человека, но той глубины и нравственной серьезности, которая нужна в нашей работе, у него нет5. Это суждение, конечно, должно остаться между нами. Намеченную для Габриловича тему я бы предложил поручить Изгоеву -- вполне подходящему для нее.

4) Мож[ет] быть, 6-ую тему и можно было бы предложить Бердяеву. Я не сомневаюсь, что он может сказать в ней много верного. Можно было бы озаглавить "Духовный тип интеллигента"6.

5) Не находите ли Вы нужной еще одну тему -- "Интеллигенция и эстетика"? Я считал бы ее необходимой. И кому ее поручить? Айхенвальду? Или, мож[ет] быть, Горнфельду?7

6) Что касается участия П.Б. Струве, то я уже телеграфировал Вам, прося переговорить с ним в Москве. У него есть большая работа (неоконченная) об интеллигенции и он мог бы дать часть ее (о социализме, о государственности и т.д.).

7) Наконец, что касается моего участия, то о политике писать я не могу и не буду. Я не могу в настоящую минуту точно определить, как мог бы я озаглавить свою тему, но во всяком случае она касалась бы нравственного миросозерцания интеллигенции. Вообще, обдумывая, что я мог бы написать, я пришел к выводу, что вряд ли можно будет строго разграничить области между сотрудниками, и в конце концов надо допустить, чтобы каждый с своей точки зрения и налегал преимущественно на одну сторону вопроса, высказал бы общий взгляд свой на русскую интеллигенцию.

Но все это подробности -- а в идее, повторяю, я с радостью примыкаю к задуманному Вами прекрасному делу.

Книги Ив. Разумника у меня нет; если можно, пришлите ее для рецензии.


Сердечно преданный Вам

С.Франк.


2


СПб, 16 Ноября 1908


Многоуважаемый Михаил Осипович,

Прошу Вас простить меня за долгое молчание. Я был болен и рецензию на Разумника еле поспел написать к сроку, и остался сам мало удовлетворенным ею8. Если бы можно было прислать мне корректуру ее, я бы исправил (и сократил) ее; но вероятно, это желание запоздало, и придется оставить рецензию, как она есть.

Что касается сборника, то я согласен теперь со всем, что Вы сообщаете. Статью "Интеллигенция и нравственное сознание" беру на себя и постараюсь написать ее к Новому Году. Что касается вопроса о "консерватизме" русск[ой] интеллигенции, то эта тема должна, по моим представлениям, распределиться между мной и Изгоевым, т.к. это -- вопрос нравственного уклада и быта. С П.Б.9 я говорил и буду напоминать ему, чтобы он придерживался темы, намечаемой характером сборника.

Главная внутренняя трудность нашего дела лежит, по-моему, в том, что критика плодотворна только в связи с ясным указанием нового идеала, а в этом, положительном, отношении у участников сборника нет надежды на единогласие. Надо употребить каждому из нас много старания, чтобы умело обойти эту трудность.

Еще одну мысль я хотел бы высказать, имея в виду специально тему С.Н. Булгакова. У нас в Петербурге, с приездом Мережковского и его компании, теперь на очереди попытка сочетать "новую" религиозность с старым, традиционным радикализмом, утопизмом, стадностью и прочими ходячими добродетелями интеллигенции10. Было бы очень важно, чтобы Булгаков (который, я знаю, стоит на совсем иной точке зрения) высказался об этом и против этого. Мережковский думает, что стоит только вместо Маркса поставить Христа, и вместо социализма -- царство Божие, чтобы реформа интеллигентского миросозерцания и духовного типа была готова, и это ему конечно может даже удастся. Но нам, в противовес этому, чрезвычайно важно подчеркнуть необходимость внутреннего, культурно-нравственного и религиозного перевоспитания интеллигенции. Я говорю об этом, п[отому] ч[то], может быть, в Москве не знают об этой новой моде, на которую необходимо реагировать, и прошу Вас при случае передать это С.Н. Булгакову.


Искренне уважающий Вас

С.Франк.


3


СПб, 8 Декабря 08.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Благодарю редакцию "Критического] Обозр[ения]" за предложение...

/.../

В каком положении находится сборник "против интеллигенции"? Что до меня, то я вряд ли поспею написать статью к назначенному сроку и был бы рад, если бы Вы могли удлинить мне его. Ведь порядок статей не имеет существенного значения.


Искренне преданный Вам

С.Франк.


4


СПб, 9 февраля 09.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Одновременно с письмом посылаю Вам заказной бандеролью статью "Социализм и кантианство" для Крит. Обозр.11 Что касается статьи для сборника, то я усердно работаю над нею, но к сожалению, дело не продвигается так быстро, как нужно и как бы мне хотелось12. Другие текущие обязательные работы (в том числе и статья для Крит. Обозр.) отнимают много времени. Но я рассчитываю послать Вам ее не позднее, чем через неделю, пока ведь Вы можете дать набирать другие статьи. П.Б. Струве тоже пишет. Привет Вашей супруге. Жму Вашу руку.


Преданный Вам

С.Франк.


5


СПб. 19 февраля 1909.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Наконец могу послать при сем мою статью, которою я далеко не удовлетворен, которую Вы наверно (и справедливо) найдете чересчур "литературной", но лучше которой я в настоящую минуту не способен ничего сотворить. Я рассчитываю непременно на корректуру, которой не задержу, и очень прошу прислать мне ее, если возможно, в двух экземплярах, так как она понадобится мне самому.

П.Б. Струве почти написал небольшую статью, которую Вы на днях получите.

Сердечно благодарю за исполнение просьбы о присылке гонорара за статью в "Крит. Обозр.".


Преданный Вам

С.Франк.


6


СПб. 4 Марта 1909.


Уважаемый Михаил Осипович!

Пожалуйста, известите меня, когда мне будет прислана корректура моей статьи и непременно пошлите ее в двух экземплярах; дело в том, что я обещал через неделю прочесть лекцию с благотвор[ительными] целями, и воспользуюсь для этого своей статьей. В каком положении вообще сборник? Много ли листов отпечатано?

Пользуясь Вашим предложением, прошу также прислать мне гонорар (100 р.).

Моя статейка о Гете для Крит. Обозр. вышла чрезмерно длинной и бестолковой13. Трудно вдохновляться -- к 1-ому марта!

Жму Вашу руку.


Преданный Вам

С.Франк.


7


СПб. 9 Марта 1909.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Благодарю Вас за присылку денег и корректурных оттисков моей статьи и статьи Кистяковского; все получил. Корректуру я Вам отослал еще в субботу 7-го.

Прежде всего у меня к Вам одна просьба: если еще не поздно, т.е. если моя статья не отпечатана, перемените у нее заглавие, именно поставьте "Этика нигилизма" (прежнее заглавие точнее выражает мысль, но уж слишком грузно). Подзаголовок остается, конечно, без перемен. -- Что касается заглавия сборника, то не назвать ли его просто "На перепутьи"! Струве предлагает что-то вроде "на гору", но это звучит плохо, тогда уж лучше по-латыни "Excelsior!". -- А как обстоит дело с предисловием? Вы не забыли, что обещали нас предварительно ознакомить с ним? -- Ваши и Булгаковск[ие] статьи я не читал еще.

Для апрельск[ой] книги Крит. Обозр. у меня нет никакого материала -- придите мне на помощь, вышлите что-нибудь или укажите.

Жму Вашу руку.


Преданный Вам

С.Франк.


8


СПб. 11 Марта 1909


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Только что телеграфировал Вам назначенный в Вашем письме пароль "согласен", как получил Вашу телеграмму. Телеграфно невозможно сговориться, и потому пишу и опущу открытку на Никол[аевском] вокзале. Мне мало нравятся "Межи и вехи", и мало нравятся и "Московские думы". Почему они -- московские, когда из семи участников трое -- петербуржцы? Но "к русской молодежи" мне еще меньше нравилось, т.к. это обращало бы размышления в проповедь, адресованную в определенное место. Если я телеграфировал согласие, то потому, что существенного значения вообще не придаю заглавиям, и не хотел задерживать своей критикой выхода книги. Ввиду того, что выдумка заглавия встречается с такими трудностями, я поддерживаю свое предложение назвать сборник "На перепутьи", вместе с тем заявляю, что не протестую ни против какого заглавия, одобренного большинством московских участников. -- В Вашем предисловии я просил бы -- если не поздно и если Вы не будете категорически настаивать на этом -- исключить фразу в конце "Мы не судим прошлого..." etc. до точки14. Все существующее исторически неизбежно, но разве это мешает судить и оценивать его? Мы именно судим прошлое и настоящее! -- Рассчитываю получить от Вас письма Эртеля; напишу о них в "Слово"; Вам не потребуется на это лишнего экземпляра, т.к. избавит от необходимости посылать в "Слово"15.


Уважающий Вас

С.Франк.


[Приписка сверху:]

Подзаголовок вроде "Сборник статей об интеллигенции" мне все же кажется нужным.


9


СПб. 14 Марта 1909.


[Приписка к письму:]

По выходе нашего сборника -- который, надеюсь, рано или поздно преодолеет препятствие изобретения заглавия -- очень прошу Вас выслать мне, по возможности немедленно, следуемый мне остаток гонорара. Прошу об этом по исключительным обстоятельствам: на днях я должен стать отцом.


С.Франк.


10


СПб, 27 Марта 1909.


Многоуважаемый Михаил Осипович! Пользуясь Вашим обещанием, прошу Вас прислать мне "Письма Эртеля" (в "Слове" я не мог их раздобыть). Не найдете ли возможным, чтобы я написал о них для "Крит. Обозр."? Философов и Минский как-то не могут вдохновить меня16. -- Как Вам нравятся газетные отклики на "Вехи"? Такого фарисейства, такого лицемерного вопля о нарушении благопристойности и благонамеренности я не ожидал. И это исходит совсем не от фанатиков, а от платонических поклонников чужого фанатизма! Можно только надеяться, что сама интеллигенция правдивее и отзывчивее, чем ее газетные светочи17.


Преданный Вам

С.Франк.


11


Саратов, д.Восточного Общества

23 июня 1909.


/.../

Против 3-его издания "Вех", конечно, ничего не имею, и в корректуре не нуждаюсь; прошу только Вас озаботиться уменьшением числа опечаток, которых во 2-м издании имеется порядочно. Буду еще раз настаивать перед участниками, чтобы Вам были возмещены расходы и время по 2-ому и 3-ьему изданию18. -- Когда Вы будете в Москве?

/.../


Искренне преданный Вам

С.Франк.


12


СПб. 13 Окт. 09.


Дорогой Михаил Осипович, сердечно благодарю Вас за любезную присылку Вашей книги и за дружескую надпись. Мое совершенное несогласие с славянофильством не только политическим, но и философским не мешает мне с большим интересом читать Вашу книгу и наслаждаться ее литературными и идейными достоинствами -- хотя при ее чтении мне как-то не верится, что Ваша фамилия оканчивается на "-зон", и кажется, что я читаю произведение православного монаха19. -- Книжка Бутру только вчера дошла до меня; я ее, конечно, верну Вам обратно20. -- Статья моя, надеюсь, не опоздала. -- Что можете Вы мне порекомендовать как тему для статьи в след[ующем] номере?


Сердечно преданный Вам

С.Франк.


13


СПб. 18 Декабря 1909.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Давно уже собирался написать Вам. Очень скорблю о гибели "Крит. Обозр.", не только как сотрудник, но и как читатель21. "Крит. Обозр." выделялось своею культурностью и оказалось излишним в России; произошло это во всяком случае не от чрезмерности культуры в России. Журнал без беллетристики, журнал научный, кажется, вообще не может существовать -- и это в стране с 150 милл. населением и десятком тысяч ежегодно кончающих высшие учебные заведения. Это очень грустно!

Мой приезд в Москву отнюдь не решен. Я получил приглашение от Морозовой прочесть реферат у нее, но у меня, кажется, не найдется ни времени, ни денег для этого22. Не можете ли Вы сообщить мне адреса Бердяева и Булгакова? -- Сборник моих статей -- в том числе и статьи из Крит. Обозр. -- появится в январе23. -- Деньги за "Вехи" я получил, благодарю Вас. Дальнейшее издание "Вех", вероятно, излишне, и даже неудобно теперь, после того как многие из нас перепечатали статьи оттуда24.


Искренне преданный Вам

С.Франк.


14


СПб. 2 Февраля 1910


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Безусловно согласен на 3 пункт, т.е. на передачу 200 р. Ремизову25.

Что касается нового издания "Вех", то я сильно сомневаюсь в его надобности и полагаю, что следовало бы обождать, т.к. запас ведь еще не исчерпан. Но если, по имеющимся у Вас данным, новые 6000 экз. действительно уже нужны, то я предпочел бы, чтобы на нем было выставлено "5-е издание"; это нужно ввиду голосов, утверждающих, что "Вехи" имели успех сенсации и затем сразу потеряли всякое значение (ср[авните] напр[имер] Венгеров в "Русск[их] Ведомост[ях] 1-го Янв.)26. Если новое издание "Вех" действительно нужно, то надо оповестить о нем, в пику благонамеренному либеральному злорадству. Это соображение, в моих глазах, перевешивает неудобство, обусловленное тем, что многие статьи из "Вех" уже перепечатаны. Но, конечно, в обоих этих пунктах -- факте издания и его обозначении -- подчинюсь мнению большинства.

Одновременно с сим посылаю Вам только что вышедшую мою книгу. На масляной буду в Москве и буду читать доклад у Морозовой.


Сердечно преданный Вам

С.Франк.


БУЛГАКОВ -- ГЕРШЕНЗОНУ

(ОР ГБЛ. Ф.746. К.29. Ед.хр.23)


1


[Б/д. Первый лист -- письмо Гершензона,

на обороте -- ответ Булгакова]


Дорогой Сергей Николаевич,

Заходил к Вам и не застал, а теперь мне надо уйти, оттого пишу. Дайте совет: Изгоев пишет, что в предисловии то, что там названо нашей платформой, для него не совсем приемлемо. Поэтому он просит или выпустить всю вторую часть предисловия, где говорится о том, что нас объединяет, или сделать примечание. -- Опустить это, разумеется, невозможно, итак, надо сделать примечание. Согласно письму Изг[оева], я формулирую его так:

* Один из нас -- А.С. Изгоев -- всецело принимая основной тезис, изложенный выше, расходится с остальными участниками в его ** мотивировке.

Признание это, конечно, очень неудобно. Как Вы думаете: что лучше -- напечатать такое прим[ечание], или действительно выпустить всю "платформу"? Но эта платф[орма] ведь действительно очерчивает самым общим образом пределы нашего согласия, следовательно] она заранее обеспечивает нас против упреков в полном разногласии (а с таких упреков охотно начнет всякий критик). Как же ее выпустить? Посоветуйте, как поступить.


Ваш М.Гершензон.


Сейчас говорил по телефону с Б.А. и Н.А.1; придумали вот что: сделать такое примечание, но не в предисловии, а к последнему слову статьи Изгоева. Лучше бы при заглавии, но уже все отпечатано; сейчас велю вынуть из машины последнюю страницу его статьи. Это отличный выход и по-моему. Согласны ли Вы?


* * *


[Ответ Булгакова]


Дорогой М.О., согласен с тем, что лучше спрятать это примечание не в предисловии, но в конце книги, но ведь это может не удовлетворить И[згое]ва. Вы вели с ним переписку и решайте это. Выпускать "платформу" было бы жаль. Если делать примечание к пред[исловию], то я предложил бы добавить два слова, приписанные синим карандашом.

А с заглавием все также ни взад ни вперед. Б.А., как я и ожидал, против "Москов[ских] дум". Верно, придется признать задачу изобрести заглавие, которое всех бы согласило, квадратурой круга и примириться с формальным: К русской интеллигенции или обществу?


Ваш С.Булгаков.


[В предлагаемом Гершензоном примечании рукой Булгакова вписано: * Только, ** принципиальной.]


2


[Б/д.]


Дорогой Михаил Осипович!

Первые гранки задержались по недоразумению, я думал, что Вы за ними пришлете, и они лежали несколько дней готовыми на столе. Возвращаю последние и соглашаюсь, чтобы корректура в верстке мне не присылалась. Но очень прошу типографию дать мне, если можно, оттиска 4-5 (исключительно pro auctore!), a если нельзя -- то хотя один для доклада.

Я довольно безразлично отношусь к порядку размещения статей в сборнике, особенно если о несистематичности его будет упомянуто в общем предисловии. Поэтому отдаю это в Ваше распоряжение как практического редактора и инициатора.


Ваш С.Б.


Жду корректурных оттисков.


3


[Москва, 24.2.09.]


Дорогой Михаил Осипович!

Свою статью в качестве доклада в р[елигиозно]-ф[илософском] обществе читать я не буду, раздумал, и потому корректура в нескольких экз. мне не нужна, достаточно в одном. Если бы я имел возможность взглянуть на корректуру в верстке хотя ненадолго, я был бы очень доволен, но я не настаиваю, если трудно.


Ваш С.Б.


4


[Б/д] Вторник.


Дорогой Михаил Осипович!

Сейчас обменивался мнением с В.А. Кожевниковым2 по поводу заглавия сборника и вполне убежден им в том, что заглавие "К русской молодежи" не соответствует вполне содержанию и идее сборника, обращающегося ко всему обществу, этим мы ослабляем силу удара и подаем повод обвинить нас в стремлении отделить молодежь от старших и несколько даже заискивать перед ней. Обдумав все это, я решительно высказываюсь против придуманного нами вчера заглавия и, если не найдем Schlagwort'a3, то предлагаю заглавие К русскому обществу. Это -- сильнее, решительнее, подчеркивает, а не суживает задачу сборника.


Ваш С.Булгаков.


5


11.V.09.


Дорогой Михаил Осипович!

Суета перед отъездом вместе с экзаменами не позволит мне ни подержать корректуру, ни забежать к Вам и проститься перед летом4. Делаю это заочно и шлю привет Вам и М.Б.5 Корректуру беру с собой и постараюсь продержать завтра дорогой и прислать от Бердяева, хотя не ручаюсь, что это удастся. Если, однако, этим задержится сборник, то уполномочиваю Вас распорядиться относительно того, чтобы корректура была сделана по старому изданию, п[отому] ч[то] менять я ничего там не намерен. Не забудьте, что мне обещано 3 экз. "Вех" и я прошу 10 оттисков.


Сердечно Ваш

С.Б.


Мой летний адрес: Крым, станция Кореиз.

Прилагаю книгу Лосского и записки р[елигиозно]-ф[илософских] собраний6.


6


[Почтовые штемпели:

Кореиз. 5.8.09.

Силламяги. 10.8.09]


Милый М.О., только вчера послал Вам записку о постигшем нас горе7. В ответ на Вашу открытку добавляю, что отдаю вполне в Ваше распоряжение свой голос о новом изд[ании] "Вех". Вам виднее, а я сейчас еще не в состоянии вникать во все детали. Работа моя, оставлявшаяся все лето, теперь пока совсем оставлена.


Ваш С.Б.


СТРУВЕ -- ГЕРШЕНЗОНУ

(ОР ГБЛ. Ф.746. К.41. Ед.хр.67)


1


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Статья моя для сборника очерков готова и отчасти уже переписана. Как я предупреждал Вас и других участников беседы в квартире Б.А. Кистяковского, я не могу написать статьи на заданную тему1. Вышли у меня размышления о роли интеллигенции в политическом развитии России, центральной мыслью которых является одно положение, высказанное мною в полемике с Мережковским в "Речи" о "Великой России"2.

Я надеюсь в течение наступающей недели доставить Вам всю статью -- в корректуре, может быть, буду делать существенные не столько правки, сколько вставки.


Преданный Вам

П. Струве.


8.II.909


2


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Посылаю Вам окончание моей статьи. К сожалению на то, чтобы не читать гранок этого окончания, я не могу согласиться. Но я не задержу корректуры и верну ее по возможности в тот же день поспев специально для этого на Николаевский вокзал.

Мне бы очень хотелось иметь корректуры других статей, которые предполагают послать всем участникам. Слышал я, что Вы хотите дать подзаголовок сборнику "Интеллигенты об интеллигенции". Я этого не советовал бы и этого не хотел бы.


Преданный Вам

П.Струве.


2-го Марта 1909 г.


3


7.III.909 г.


Многоуважаемый Михаил Осипович.

Я послал Вам сегодня вторую порцию гранок и очень прошу Вас проследить возможно тщательно правку, связанную со вставками.

Что касается примечания, то в нем нет никакого противоречия с содержанием. Основа статьи написана тотчас после роспуска 2-ой Думы, т.е. летом 1907 г., а теперь я только развернул некоторые намеки своей записи и ввел упоминание (несущественное) о "провокации"3. Вот и все.

Но вот о чем я Вас прошу: пожалуйста, в том месте в конце статьи, где говорится о кризисе социализма, вставьте примечание: См. мою статью "Faciès hippocratica" в "Русской Мысли" ... г., точное указание на год и книгу, в которой помещена эта статья. Я пишу сейчас, не имея ее, потому сам не могу сделать совершенно точное указание4.

Что касается заглавия, то я бы всего охотнее предпочел такое, которое выражало бы приглашение -- подняться на гору. Пожалуй можно так и сказать: На гору! Это может показаться претенциозным, но это выражает суть дела. Латинская формула: Sursum corda звучит как-то по-"рачински" (от С.А. Рачинского) и высокопарно5.

Подзаголовок: "Интеллигенты об интеллигенции" я "окончательно" не одобряю, может быть потому, что я окончательно впал в первобытное "голштинское" состояние и окончательно забыл свое интеллигентское прошлое6.


Преданный Вам

П.Струве.


4


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Я согласен на Ваш текст и даже на подзаголовок, но прошу внести сделанные мною поправки. Кроме того я полагал бы, что это заявление должно пойти как коллективное заявление авторов всего сборника, ибо по существу своему оно не есть индивидуальное, т.е. оно должно пойти без подписи, просто с заголовком "От авторов".

Будьте добры, достаньте мне сверстанные листы статей (после Вашей статьи!).

Так как Вы даете только 10 отд[ельных] оттисков, то я бы просил мне кроме того дать 3 экз. всего сборника.

Посылаю это письмо с вокзала и оно завтра уже будет в Ваших руках.


Преданный Вам

П.Струве.


11.III.909.

[К письму приложен лист верстки с предисловием М.О. Гершензона к сборнику "Вехи" и поправками П.Б. Струве.]


5


14/VI.909


Многоуважаемый Михаил Осипович!

А.С. Изгоев известил меня, что ставится вопрос о 3-м издании "Вех" и что я должен написать Вам, согласен ли я на таковое. Конечно, я против него ничего не имею. Деньги, причитающиеся мне по 1-ому и 2-ому изданиям, прошу мне оставить до востребования. П.Е. Щеголев очень хвалил Вашу статью о Гоголе в "Русск[ой] Мысли"7.


Преданный Вам

П.Струве.


Адрес: гор. Кириллов Новгородск[ой] губ.

имение Золотилова.


6


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Очень прошу извинить меня за промедление. Ваше предложение относительно статьи о Тургеневе конечно для нас вполне приемлемо. Но поместить статью мы вряд ли могли бы раньше лета или даже осени8. Пожалуйста пришлите мне статью по моему петербургскому адресу.

Что же касается предложения А.Г. Фомина, то оно меня затрудняет9. Только что вышло два сборника против "Вех" -- о них "Русская Мысль" должна дать отзывы и может быть даже не два10. Кроме того в апреле идет статья Франка о сборнике Бердяева и летом пойдет статья Котляревского о сборнике Франка11. Все это вращается вокруг тем "Вех". Давать еще библиографически-критический обзор литературы (на мой взгляд, малоценный) о "Вехах" мне кажется "Русск. Мысли" будет весьма затруднительно. Вот почему я колеблюсь дать Фомину положительный ответ. Тем более что "Анти-Вехи" эсеровские и кадетские очень усложняют задачу.


Преданный Вам

П.Струве.


7.VIII.909

СПб, Лесной, Б.Спасская, д.5.


ИЗГОЕВ -- ГЕРШЕНЗОНУ

(ОР ГБЛ. Ф.746. К.36. Ед.хр.5)


1


[Б/д]


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Извиняюсь, что несколько запоздал ответом. Дело в том, что еще до Вашего письма П.Б. Струве говорил со мной о сборнике, идейной цели которого я, конечно, вполне сочувствую. Думаю, что сборник будет вовремя и приобретет большое значение. Получив Ваше письмо, я не хотел отвечать на него, не переговоривши предварительно со Струве, который живет за городом в Лесном. Из-за этого и вышла задержка. Сегодня я виделся с П.Б.

Как и тогда при первом разговоре, так и теперь я указал ему, что для статьи о "быте" не считаю себя достаточно способным. Для этой статьи необходим был бы человек с художественным дарованием, который дал бы статью из ряда ярких картин. Я не претендую на художественное дарование и потому в интересах дела должен отклонить эту тему. Когда мы говорили с П.Б. о том, что мог бы дать сборнику я, то я указал, что тема "интеллигенция и знание" чересчур обширна и в таком размере охватить ее я не могу1. Но часть этой темы, бюрократизм интеллигенции, извращение ею знания вследствие борьбы с абсолютизмом и низведение знания на степень не орудия для жизни, а орудия для достижения одной политической цели, мог бы взять на себя.

Если бы Вы нашли возможным поместить в сборнике статью такого содержания (как ее озаглавить, пока не знаю), то я был бы очень рад принять участие в деле, которое считаю полезным и даже необходимым. Пора, действительно, сказать правду. Иначе интеллигенция не выберется из младенческого возраста и скоро станет тормозом для развития России.

Крепко жму Вашу руку


А.С. Изгоев.


СПб. 2-ая Рота Измайл[овского] полка, д.3 кв.6.


2


[Б/д]


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Решаюсь подчиниться. Попробую написать о быте. Но предупреждаю: тема очень трудная и справлюсь ли с ней -- не знаю. Основная идея, что русская интеллигенция даже в лучших своих членах весь свой быт приспособляла не для жизни, а для смерти и самоубийства. Отсюда все минусы, в худших представителях превратившиеся в наиболее безобразные формы жизни, украшаемые фразерством, то трезвым, то пьяным.


Жму Вашу руку

А.С. Изгоев.


СПб, 2-я Рота Измаил, п. д.3 кв.6.


3


СПб. 28 Дек. [1908]


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Я уезжал на четыре дня и Ваше письмо пришло перед самым отъездом.

Постараюсь сделать, что возможно, но за результат не ручаюсь. С 1-го января начну писать статью, надеюсь к 15 прислать ее Вам.

Жму Вашу руку. Поздравляю с Новым годом.


Уважающий Вас

А.С. Изгоев.


4


СПб. 10 янв. 2-ая Рота Изм.п. д.3 кв.6.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Работа подвигается. Если не к 15, то 18 января наверняка вышлю Вам статью. За достоинства ее ручаться не могу. Тема статьи велика -- пришлось походя затронуть множество явлений. Надо бы по-настоящему писать годы и привести сотни цитат, у меня их очень и очень мало. Впрочем, скоро увидите сами.

Как идет вообще доставление материала? По моему мнению книга должна бы выйти до апреля. Недели за две до выхода пришлите мне сведения о составе и заглавии. Я думаю, что тогда полезно было бы поместить заметку в "Литературной Летописи", "Речи", да и в других газетах, особенно в "Р[усских" Ведомостях]" следовало бы это сделать. Каково Ваше мнение?

Корректуру (вторую) я хотел бы держать сам -- я делаю это быстро и задержки не будет.

Горячо жму Вашу руку


А.С. Изгоев.


5


СПб. 14 января

2-ая Рота Измайловского п. д.3 кв.6


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Статью кончил, наскоро перепечатал и посылаю Вам. Боюсь, что если начну еще перечитывать, то она мне совсем опротивит. Я ею очень недоволен2. Как я и писал Вам, для такой темы нужен художник-публицист, вроде Короленко или хотя бы Елпатьевского3. Только они любят врать. Я же писал полную правду, но так как я головной публицист, то вышло у меня плохо. Ярких картин, художественных образов, цитат нет. Есть идея, есть скелет из точных фактов, который я старался обтянуть мясом и кожей.

Но пришлось затронуть множество вопросов. К этой теме надо было готовиться годы, собирать материалы и четверть года писать, а мне пришлось все сделать в 1 1/2 месяца. И вышло плохо. Тон неровен. Главы после университета сбились в другую плоскость. Чувствую это сам, -- но исправить не могу.

Предоставляю Вам право производить хирургические операции, какие пожелаете. Только пришлите мне вторую корректуру. Еще оговорка: писал я для средней молодежи, не очень искушенной в партийной премудрости -- надо действовать на нее.

Если найдется время, черкните мне несколько слов. Пишите прямо и открыто -- у меня нет ни капли ложного самолюбия и я могу выслушивать в глаза самую жестокую правду. Искренне уважающий Вас

А.С. Изгоев. P.S. Как озаглавить? Мое заглавие длинно и неуклюже. Быт интеллигенции -- звучит как-то тяжело.


6


СПб. 6 марта.

2-ая Рота Измайловского полка д.3 кв.6


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Сегодня в "Нашей Газете" появилась заметка о предстоящем выходе сборника... конечно с кислой гримасой. Жаль, что раньше не появилось в "Речи" более серьезной заметки. Пришлите мне содержание и оглавление.

Вы, вероятно, не забыли, что я просил прислать мне вторую корректуру -- я не задержу.


Жму Вашу руку

А.С. Изгоев.


7


СПб. 8 марта.

2-ая Рота Изм.п. д.3 кв.6.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Возвращаю Вам корректуру. Как увидите, я сильно почеркал статью, много выбросил. За советы благодарю, большинством их я воспользовался, но Вашего заглавия принять не мог -- оно не соответствует содержанию, обещает больше, чем дает статья. Я озаглавил: "Об интеллигентной молодежи" и прибавил подзаголовок (заметки об ее быте и настроениях). Думаю, что такое заглавие правильно выражает, что есть в статье. Но оно громоздко и потому, если Вы подзаголовок выкинете -- претендовать не буду.

No Н[ашей] Газеты у меня под руками нет. Там было 5 строк такого приблизительно содержания: "В непродолжительном времени в Москве под редакцией М.О. Гершензона выходит сборник статей Струве, Изгоева, Бердяева, Булгакова и др. Тема -- наша интеллигенция, ее недостатки. Как видно, место кающихся дворян занимают кающиеся интеллигенты".

О Чириковском эпизоде не писали потому, что вопрос сам по себе огромной важности, а повод -- скверный. Дело было в веселой компании за ужином; Шайкевич, Дымов и Волынский поступили неприлично; приходится вместо идейного спора разбираться, кто говорил правду -- Шайкевич или Чириков и т.д. Все это, особенно после того, как инцидентом овладели реакционеры, достаточно противно4.


Жму Вашу руку

А.С. Изгоев.


8


СПб. 11 марта


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Ваша телеграмма, полученная одновременно с письмом, меня очень смутила. К какому заглавию она относится: к заглавию ли моей статьи или всей книги? В первом случае я просил бы оставить заглавие "Об интеллигентной молодежи" -- за подзаголовок не стою. Можно заглавие переделать: Заметки об интеллигентной молодежи.

Что касается заглавия всей книги, то я считал бы удачным заголовок: "К русской молодежи". Он придает сборнику боевой тон, то, что надо. Слова подзаголовка "Интеллигенты об интеллигенции" мне менее нравятся. Заглавие "Московские думы" -- ничего не выражает, "Вехи и межи" -- туманно, немного претенциозно.

Можно бы оставить: К русской молодежи. Теперь о предисловии. До слов "их общей платформой" -- я могу подписаться всецело, но дальше начинается область спорного. Боюсь, что ставя так вопрос, Вы возбудите только бесплодный спор на тему, что было раньше: яйцо или курица? Боюсь, что вместо обсуждения сборника по существу наши противники всю свою артиллерию направят на вопрос: учреждения или личности? -- и ничего кроме старого шаблонного спора Вы не получите.

Поэтому, если нельзя обойтись без второй половины предисловия, я просил бы меня выделить, отметив, что я согласен с большинством выводов, но не согласен с мотивировкой и обоснованием. Я тоже полагаю, что для интеллигенции вопросы внутр[енней] духовной жизни имеют первенствующее значение, но обосновываю это совсем иначе. Тут, конечно, не место для этого спора5.

Теперь о заметке для "Речи". Как я ее дам, когда Вы мне не сообщили ни точного заглавия книги, ни названий входящих в нее статей? Пожалуйста, поскорее доставьте мне эти сведения.

Прислали ли Вы в ред[акцию] "Речи" Письма Эртеля?


Жму Вашу руку

А.С. Изгоев.


P.S. Если бы предисловие закончить словами "в этом общем деле между нами нет разногласий" -- было бы прекрасно.


9


[Б/д. На редакционном бланке газ. "Речь"]


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Я нисколько не огорчен Вашим письмом. Я сам сознавал все то, о чем Вы пишете. Скажу Вам, что я дописывал статью с большим трудом и с большой неохотой. Уже решил было написать Вам письмо с признанием невозможности выполнить взятое на себя дело. Но испугался, что это может расстроить все предприятие, и послал, что вышло, сознавая, что вышло плохо.

Теперь о дальнейшем. Прибавить указанные Вами две главы абсолютно не могу. Не имея трех-четырех месяцев на собирание материала, считаю невозможным взяться за такую работу. После первого печального опыта, я бы перестал уважать себя, если бы на это согласился. Вместо того предлагаю Вам такую хирургическую операцию:

Я выкину все предисловие.

Главу "Половые скороспелки" сокращу и перенесу в "Отцы и дети".

Сильно сокращу и приведу в связь с предыдущим главу об "идеале". Связь эта, по моему мнению, имеется, т[а]к к[а]к существованием этого идеала многие оправдывают свою лень, неспособность, бездельничанье.

Соответственно с этим изменю заключение.

Тогда надо будет придать всему этому какое-нибудь скромное заглавие, вроде "Заметки о жизни интеллигента-середняка" или что-нибудь в этом роде -- подумайте.

Если такая операция Вас удовлетворит, пришлите мне рукопись. Если же нет, и без двух добавочных глав Вы не найдете возможным печатать, то я по чистой совести говорю, в обиде на Вас не буду.

Со Струве на днях увижусь.


Жму Вашу руку

А.С. Изгоев.


10


[Б/д, на редакционном бланке газ. "Речь"]


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Мне, конечно, очень совестно, что я причиняю Вам столько хлопот и даже материального ущерба (быть может, легче было приклеить особый листочек в конце статьи). Но, согласитесь, что часть вины лежит и на Вас и на П.Б[ернгардови]че. Нельзя платформу редактировать в последнюю минуту. Против сделанного Вами примечания не протестую, хотя бы по тому одному, что все равно ведь в примечании ничего обстоятельно не скажешь.

Дай Бог, чтобы не оправдалось предсказание и весь спор по поводу сборника не соскользнул на шаблонные перепевы: личность или учреждения?

Засим успеха! Еще раз простите за беспокойство. Не питайте ко мне дурного чувства. Крепко жму Вашу руку. Жду случая побывать в Москве и пожать ее в действительности.


Уважающий Вас

А. С. Изгоев


11


СПб. 2-ая Рота д.3 кв.6.

[Штемпель: С.-Пб. 5.4.09.]


Глубокоуважаемый Михаил Осипович!

Не черкнете ли мне пару слов о том, как идут "Вехи".

Провинциальные газеты я собираю. Оригинальная статья была пока только в "Киевских Вестях", да и то писал Мельгунов из Москвы. Остальные газеты перепечатывают статьи из Р[усских] В[едомостей] и из Нашей Газеты Философова6.

Ни в редакции "Речи", ни "Слова" не получен экземпляр для отзыва. Никто не позаботился, чтобы книга здесь была выставлена в витринах.

Кстати, Писем Эртеля в "Речи" до сих пор не получили.


Жму Вашу руку

Ваш А.С. Изгоев.


12


СПб. 11/IV


Глубокоуважаемый Михаил Осипович!

Получил и письмо Ваше и книгу. От души благодарю Вас и вместе с тем должен извиниться перед Вами. Сытин прав. На другой день после того, как я написал Вам, ред[акция] "Речи" получила письма и я уже прочел около половины этой прекрасной книги. Только зачем письма, а главное примечания Черткова? Есть такие глупые, особенно в сравнении с письмами Эртеля7.

Вы не можете себе представить, как меня радует успех "Вех", хотя в них и есть крупные недостатки. В No 32 ярославской газеты "Голос" есть статья кн. Д.И. Шаховского, я свой номер переслал Струве, по его просьбе8.


Жму Вашу руку

Ваш А.С. Изгоев.


13


СПб. 2-ая Рота д.3 кв.6. 15 апреля 1909.


Многоуважемый Михаил Осипович!

Уже дней 5-6, как в витринах "Труда", Н[ового] Вр[емени] и др. крупных магазинов появились "Вехи". Хотя и с опозданием, но Вольф, очевидно, выполнил обязательство. Остались только средние и мелкие магазины. Но стоит ли с ними связываться? Давать им книги в кредит значит давать безвозвратно, и после по-стояно, но безрезультатно требовать у них возврата книг или денег. Каюсь, я не могу посоветовать Вам сделать это.

Что касается Эртеля, то меня огорчает не помещение писем Черткова, Бакунина, Кор[оленко] -- без них иногда письма Э. не были бы понятны -- но примечания Черткова. Но, повторяю, книга очень интересная и полезная. Вероятно, в воскресенье буду писать о ней. Жму Вашу руку


А.С. Изгоев.


P.S. Посылаю газеты бандеролью. No "Киевских Вестей" со статьей Мельгунова пропал, быть может достанете в Москве.


14


[Штемпель: С.-Пб. 2.5.09.]


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Еже писах -- писах. По принципу думаю, что изменений в статье моей делать не следует. Быть может, не мешало бы сделать P.S., но думаю, что 2-ое издание надо выпустить возможно скорее без задержек.

Если бы прислали корректуру, было бы хорошо, но должен предупредить, что между 15 мая и 5 июня меня в Петербурге не будет.


Крепко жму Вашу руку

Ваш А.С. Изгоев.


P.S. На днях вышлю еще газеты.


15


СПб. 7 мая.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Посылаю Вам небольшое "дополнение" ко второму изданию, которое и прошу поместить особо "дополнением".

Оно состоит из двух частей: первую прошу поместить обязательно, что касается второй (о клевете), то всецело предоставляю на Ваше усмотрение. Если не поместите, в претензии не буду9. Когда выйдет 2-ое издание? -- Надо бы скорее. Жму Вашу руку.


А.С. Изгоев.


[К письму приложен текст второй части P.S.:]

Как я и ожидал, десятки господ, из тех, что только и живут каждением молодежи, закричали, что моя статья злостная клевета. Я лучшего мнения о русской молодежи, чем эти ее присяжные защитники. На удочку лести молодежь теперь не захватить. Все искренние люди признают, что указанное нами зло существует и что с ним надо бороться, как реформированием строя, так и моральным и общественным перевоспитанием интеллигенции.

Если печатное слово имеет какое-либо значение, то оно должно стать главнейшим орудием такого перевоспитания.


16


СПб. 13 мая 1909.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Только что отправил Вам с вокзала корректуру. Прошу выслать мне три книжки и 10 оттисков, только предупреждаю, что с 20 мая по 10 июня меня в Петербурге не будет, а поэтому высылать что-либо следует или до или после этого срока.

Получили ли Вы две новых порции газет? Подготовляется еще. Слова, Речи, Н[ового] Вр[емени] -- намеренно не посылаю -- вероятно, имеется у Вас. Жму Вашу руку


17


СПб. 9 июня 1909. 2-ая Рота Изм.п. д.3 кв.6.


Глубокоуважаемый Михаил Осипович!

Вы и представить себе не можете, как порадовало меня Ваше письмо. Среди злобного шипения, которое меня постоянно окружает, каждое свидетельство об успехе "Вех", о том, что книгу эту читают, и многие с сочувствием и любовью, служит для меня великим утешением. Как неоднократно приходится мне здесь говорить: "Вехи", каковы бы ни были их недостатки, "нужная книга", это слово "нада было" сказать. И я рад, что русская читающая публика подтверждает мое мнение.

Конечно, надо печатать третье издание -- какой об этом может быть разговор -- и чем скорее, тем лучше. Число экземпляров, по моему мнению -- те же 3000.

П.Б. Струве в Петербурге нет и, возвратясь из поездки, я не застал его, но сегодня же напишу ему (его адрес: г.Кириллов Новгородской губ. имение Городок П.Б. Струве). Едва ли можно сомневаться в его ответе.

На днях пришлю Вам кое-какие газеты, есть интересные статейки, желательно бы их сохранить: образовать что ли альбом, вырезать и наклеить. Вышла целая книга "В защиту интеллигенции", составленная из статей Арсеньева, Биккермана, Иорданского, Левина, Петрова и др. против "Вех", напечатанных в разных изданиях10.

В "Слове" были статьи не о "Вехах", а о гнуснейшем реферате по поводу них Биккермана в Петербургском Литературном обществе11. Жму Вашу руку


Уважающий Вас А.С. Изгоев.


18


СПб. 15 июля 2-ая Рота Измайл. п. д.3 кв.6.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Получили ли Вы мое письмо, в котором я сообщал, что "Речи" следует за объявление 15 р., а "Слову" -- 12 р. (напечатаны в кредит).

В Петербурге ни у Суворина, ни у Вольфа второго издания уже нет. По какому адресу пересылать Вам новую накопившуюся литературу. Когда Вы напечатаете в Критическом Обозрении список статей о "Вехах", будьте любезны прислать мне этот No Кр[итического] Об[озрения].

Хотел бы также получить три экземпляра 3-го издания.


Крепко жму Вашу руку

А.С. Изгоев.


19


СПб. 2-ая Рота Изм.п. д.3 кв.6. 29 июня 1909.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Посылаю Вам вторую порцию литературы заказной бандеролью. Получили ли Вы первую посылку? В No 5 "Весов" есть хвалебная статья А.Белого, в No23 "Моск[овского] Еженед[ельника]" дружественная статья Е.Н. Трубецкого12.

Что слышно с третьим изданием? Когда думаете его печатать?


Жму Вашу руку.

Ваш А.С. Изгоев.


20


31 июля 1909.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Спасибо за добрую весть. Ввиду вполне выяснившегося настроения читателей надо 4-ое издание печатать в 5000 экз. Я стою за приложение библиографии. Струве напишу и о его ответе извещу Вас. Что касается 2 руб., то пусть они остаются у меня. Если будете печатать объявление о 4-м издании, пришлете двумя рублями меньше. В случае чего вычтете их из моей части гонорара -- расходов на два рубля у меня не было. Крепко жму Вашу руку.


Ваш А.С. Изгоев.


21


С.-Петербург, 11 авг. 1909.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Только сегодня я получил письмо от Струве, он путешествовал и теперь в Москве. Он изумляется успеху книги и не может определить потребное количество экземпляров, предоставляя это Вам. Против указателя ничего не имеет.

У меня уже накопилось порядочно газет, но я не знаю, куда Вам их выслать. Напишите, долго ли Вы еще пробудете в Силламягах.

В августовской книжке журнала Министерства нар[одного] просвещения появилась интересная статья о "Вехах" Милорадовича13.


Жму Вашу руку. Жду ответа.

А.С. Изгоев.


22


СПб. 2-ая Рота д.3 кв.6. 19 25/VIII 09.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Перебирая бумаги, я заметил квитанцию в уплате денег за объявления, которую я, оказывается, забыл Вам переслать.

Посылаю ее. Когда выйдет 4-ое издание? В каком числе экземпляров? Что с третьим? За одно уж сообщите, сколько приблизительно денег выйдет на мою долю и можно ли будет часть получить в начале сентября.

У нас начинается горячая избирательная кампания. Каковы дела Критического Обозрения? -- я его не вижу, а не худо бы мне его посылать, в нем может найтись хороший материал для дневников.


Жму Вашу руку.

А.С. Изгоев.


23


СПб. 2-ая Рота д.3 кв.6. 22 октября 1909


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Так как к декабрю я для Р[усской] М[ысли] писать не буду, то мог бы к указанному Вами сроку дать статейку в Крит. Обозр. страницы в 4-5. Но беда в том, что книг Обнинского я не видел и их у меня нет14. Если бы Вы мне прислали их не позже 26-27 октября, то я бы справился.

Относительно статьи Ковалевского мы удивительно сошлись во мнениях. Глупее, действительно, не напишешь15. А тон! Совсем как интервью Столыпина в "Волге". Остроумный фельетонист мог бы на этом сравнении прекрасный узор вышить.

Пожалуй, я с Вами соглашусь, что в газеты писем о Библ[иографии] писать не следует, но сделать в следующем издании (которое, надеюсь, будет к февралю) оговорку, что библиография не полна, и просить авторов и издателей дослать пропущенное, было бы полезно. Я вношу кой-какие дополнения и пришлю Вам.

Вашей книги у нас в витринах не видно.


Жму Вашу руку.

А.С. Изгоев.


24


СПб. 10 янв. [1910]


Многоуважаемый Михаил Осипович!

Спасибо за отклик. Конечно, нам согласить наши взгляды трудно. "Превратить Россию во что-нибудь никто не может". А вот теперь в России насаждается в крестьянстве личная собственность и лет через 50 будут справедливо писать: "Россия превратилась в страну мелких собственников", -- но теперь-то пока ведь ее превращают и мы все знаем людей, которые это делают. Не забивает ли у Вас историзм всякую действенность, не обрекаете ли Вы людей на полную пассивность? Великих прав историзма и преемственности я не отрицаю, но и человеческим действием поступиться не могу...

Впрочем, оставим полемику16.

Все собираюсь прислать Вам библиографию "Вех" с моими дополнениями и кой-какие вырезки. Но вот какая приключилась беда: все это до 1 января, а в новогодних обзорах в провинциальных газетах хлынул такой поток статей и заметок о Вехах, что у меня руки опустились и я ни одной статьи не собрал. После начались статьи А.Басаргина в "Моск[овских] Вед[омостях]" -- я тоже их почему-то не сохранил17. Теперь -- жалею, но поздно, не соберешь. Приблизительно помню, что статьи и заметки были в Киевской] Мысли, Киев[ских] Вестях, Сев[еро-]Кавк[азской] Газ[ете], Вятской Речи, Од[есских] Нов[остях], Южн[ых] Ведомостях] и мног. др.

То обстоятельство, что "Вехи" теперь идут слабо, меня не огорчает и не удивляет. Читающее общество (и при том несомненно верхи его) насыщено: за 10 месяцев четыре издания -- это, право же, очень недурно. Но я бы настаивал, чтобы через месяц или полтора непременно выпустить 5-ое издание. Напечатаем его в половинном количестве экземпляров (1500) -- стереотип есть, бумага, печатание, брошюровка будут стоить значительно дешевле, но напечатать надо в силу целого ряда тактических соображений. Я думаю, что имеющихся в запасе денег на такое небольшое издание хватит.

Если хотите, я переговорю об этом со Струве и Франком. Напишите.


Крепко жму Вашу руку

А.С. Изгоев.


25


СПб. 3 февр.


Многоуважаемый Михаил Осипович!

1) К проекту послать Р[емизо]ву 200 р. присоединяюсь от всей души.

2) На издание 1000 экз. согласен.

3) Решительно протестую против надписи "14-ая тысяча" вместо "5-ое издание". Непременно пятое издание. Доводов масса: счет на тысячи у нас не принят, раньше мы их не писали, нечего и теперь. К тому же, он не верен, вышло несколько более 13 тыс. Затем, заметка в газетах, что "Вехи" вышли 5-ым изданием произведет сильное психологическое действие, тогда как 14-ая тыс. ничего не говорит. Это необходимо особенно ввиду выхода Антивеховского Сборника18. 5-ое издание имеет полное право именоваться пятым, т[а]к к[а]к библиография в нем будет значительно дополнена. Смущаться тем, что выходит только 1000 экз. нечего -- серьезные книги сплошь и рядом выходят у нас в 1200 экз.

Ввиду всего этого убедительно прошу отпечатать "пятое издание" и уполномочить меня возможно скорее оповестить в Литер[атурной] Летописи о выходе 5-го издания.

Еще раз, Михаил Осипович, настаиваю на этом -- я лучше Вас знаю психологию читающей массы, а считаться необходимо и с ней.

Недавно ведь Пешехонов с особым торжеством заявил в К[иевских] Вест[ях], что 4-ое издание "Вехи" "съело"19 -- надо резким актом нарушить это торжество.


Ваш

А.С. Изгоев.


Вырезки посылаю.


## БЕРДЯЕВ -- ГЕРШЕНЗОНУ


1


ст.Люботин Южных дорог, имение Трутевой

28 декабря 1908


Многоуважаемый М.О.!

Написал уже значительную часть статьи для сборника об интеллигенции. Указания Ваши относительно того, какова должна быть статья согласно редакционному плану, будут мною приняты во внимание. Свои положительные взгляды я выскажу в самой минимальной степени, лишь посколько это необходимо для моей точки зрения на предмет. В статье не будет резкостей и крайностей. Я буду, конечно, иллюстрировать примерами, как искажались в сознании интеллигенции европейские философские знания. Но деталей я не могу никаких приводить, так как не имею под руками никаких материалов: Вот и думаю, что детали не нужны, так как статья в 1-1 1/2 листа не может быть обстоятельным историческим исследованием. Всего более я останавливаюсь на психологических причинах, которые делали невозможным для интеллигенции объективное отношение к философии и объективный к ней интерес. Эта традиционная психология создала историю, но теперь должна быть реформирована. К 15 января доставлю Вам статью лично, так как к 10 января буду в Москве.


Преданный Вам

Ник. Бердяев.


2


14 мая [1909]

ст.Люботин, Южных дорог, имение Трутевой.


Дорогой Михаил Осипович! Корректуру своей статьи для 2-го изд. "Вех" уже отослал Вам без всяких изменений, вставил только два примечания. Вам же я хотел посоветовать ни в коем случае не выбрасывать той резкой фразы о гневе народном и правительственных штыках, которая вызвала такое негодование против Вас. Если бы эта фраза оказалась во втором издании выпущенной, то это произвело бы впечатление трусости. Самое лучшее было бы если бы Вы сделали к этой прославившейся фразе разъяснительное примечание1. Как Вам понравилась статья Мережковского о "семи смиренных"? По-моему очень слабая и скверная статья, смесь риторики с демагогией, стиль холодно-истерический2. Но "Вехи" становятся почти историческим событием. Особенно сильное на меня произвело впечатление письмо к авторам "Вех" Архиепископа Антония3. Это очень сложное событие, в котором есть и положительные и отрицательные стороны. Меня так это волнует, что я решил напечатать открытое письмо Антонию от себя лично и иное, чем письмо Струве4, так как позиция моя совсем иная5. Вчера заезжал ко мне на один день в деревню Сергей Николаевич по дороге в Крым. Мы много с ним говорили, но он не предполагает отвечать Антонию в печати, так что отвечать буду только я в качестве не только христианина, но и принадлежащего к Церкви. Сознаю, что писать будет нелегко.

Обращаюсь к Вам за советом по следующему поводу. У меня есть целый ряд статей по общественной психологии, напечатанных в течение последних двух лет главным образом в "Русской мысли", "Моск[овском] Еженедельнике" и "Слове", статей по психологии интеллигенции и революции, по вопросам национальному и церковному и по поводу некоторых литературных явлений. Я хотел бы теперь собрать эти статьи и издать книгу листов в 12-15, которая представила бы некоторое единство. Книга эта по темам и по духу очень близка к "Вехам"6. Успех "Вех" позволяет думать, что издание подобной книги было бы вполне своевременным. Не посоветуете ли мне какого-нибудь издателя для моей книги? Очень жалею, что не подумал об этом, когда был в Москве. После банкротства Пирожкова у меня нет связей с издателями7.

Сообщите также, когда по Вашему мнению я мог бы перепечатать свою статью из "Вех" без ущерба для 2-го издания?

На каких условиях выходит 2-е издание? Получат ли авторы гонорар, какой и когда? Мне хотелось бы это знать, так как по обычаю я нахожусь в очень затруднительном материальном положении.

Булгаков сообщил мне о религиозном разговоре, который имел с Вами и Франком. Разговор этот показался мне очень значительным и интересным. Привет Вашей жене. Моя жена просит Вам кланяться.


Ваш Николай Бердяев.


3


ст.Люботин, Южных дорог, имение Трутевой

23 июня 1909


Дорогой Михаил Осипович! Спешу ответить Вам, что я согласен на 3-е издание "Вех". Думаю только, что лучше ограничиться 3 тысячами экземпляров. Изменений я делать не буду, так что мне можно не присылать корректуры. Признаюсь, не ожидал я, что так скоро разойдется 2-ое издание, да еще летом. Мне даже начинает приходить в голову мысль, что быть может назрело время для создания нового журнала. Я Вам на днях вышлю книгу Джемса, которую Вы хотели иметь8. Всего лучшего.


Преданный Вам Николай Бердяев.


4


ст.Люботин, Южных дорог, имение Трутевой

4 августа 1909.


Дорогой Михаил Осипович!

Спешу ответить на Ваше письмо. Боюсь, что с "Вехами" начинается какая-то психопатия или мода, у нас все ведь так. Но я все-таки верю в более медленное положительное действие "Вех"9. При таком быстром распространении 3-го издания, конечно нужно приступать к 4-ому изданию. Полагал бы ограничиться 3000 экземпляров, скорее даже меньше, чем больше. Библиографию "Вех" было бы полезно поместить в 4-ом издании. Что касается неприлично большого гонорара, то мысль о нем меня скорее утешает, чем огорчает, так как мои материальные дела неприлично плохи. Кажется, я нашел возможность издать сборник своих статей и хотел бы знать Ваше мнение, удобно ли будет поместить в сборнике статью из "Вех", если он выйдет в конце ноября или начале декабря. Для меня важно было бы поместить эту статью, но я хочу считаться с интересами сборника "Вехи". Для 4-го изд. я никаких перемен не буду делать. Вышла книга В.Иванова "По звездам" (сборник стихов10). Если хотите, то я напишу для "Крит. обозр." рецензию об этой книге. Сообщите, согласны ли. Эту зиму буду жить в Москве, но приеду, верно, не раньше начала октября. Кроме задуманной мною философ[ской] работы о знании и вере, предполагаю скоро написать статью о Гюисмансе и католической мистике11 (прочту в Религ[иозно]-филос[офском] обществе). Привет Вам и Вашей жене от Лид[ии] Юд[ифовны]12 и от меня. Сообщите, когда возврат[итесь] в Москву.


Ваш Ник. Бердяев.


В газете "Приазовский край" была напечатана очень сочувственная статья о "Вехах" за подписью М.Шагинян. Номер в июне-июле13.


## ПРИМЕЧАНИЯ


Письма С.Л. Франка


1 В начале октября 1908 Гершензон послал ряду философов письма с предложением принять участие в задуманном им сборнике. Уже 6 октября 1908 г., отвечая на упреки родных в краткости ответов на их письма, он -- пока глухо -- сообщал брату, А.О. Гершензону: "...у меня поневоле большая переписка с литературными знакомыми..." (QP ГБЛ. Ф.746. К.20. Ед.хр.9. Л.28). Позднее, 15 ноября, Гершензон писал ему же: "Расскажу под секретом. Мне пришло в голову, что теперь надо сказать русской интеллигенции горькую правду о ней; я составил план книжки, и недавно, когда Струве приезжал в Москву, мы собрались (с Кистяковским и Булгаковым), обсудили дело и распределили темы. Будут писать:

Булгаков: Рус[ская] интелл[игенция] и вопрос религиозный.

Бердяев: -- " -- и философия.

Франк: -- " -- и вопросы нравственности.

Кистяк[овский]: -- " --           и правосознание.

Изгоев: -- " -- и научное невежество.

Струве: -- " -- и идеи социализма.

Я: -- " -- и литература.

Книжка должна выйти в марте; я редактирую и напишу предисловие. Мы хотим сказать, что рус[ская] интелл[игенция] со своим политиканством, сама того не заметя, зашла в тупик, погрязла в болоте. Будет, конечно, скандал, будут нас ругать на все корки, но это необходимо" (Там же. Л.41). Как и для большинства участников сборника, "Вехи" были закономерным этапом творчества. Для четырех "веховцев" (Булгаков, Бердяев, Струве, Франк) книга 1909 года была "прямым продолжением и углублением идейной линии "Проблем идеализма"" (Франк С.Л. Биография П.Б. Струве. Нью-Йорк, 1956. С.83). Для Гершензона она стала продолжением идей, высказанных им в ранних статьях (о ранних мотивах "веховской" статьи Гершензона см.: Levin А. М.О. Gershenzon and Vekhi. -- Canadian Slavic Studies, 1970. Vol.4. N1. Spring), a также в самом характере мировоззренческой позиции, лежащей в основе его исторических штудий (см. об этом: Проскурина В. "Творческое самосознание" Михаила Гершензона.// Литературное обозрение. 1990. No9).

2 Это суждение Франка, как и последующие обстоятельства появления "Вех", корректируют ставшее общим местом представление об истории выхода сборника, высказанное тем же Франком впоследствии: "Гершензон -- вообще человек чудаковатый и капризный -- решил в интересах независимости суждения отдельных участников не знакомить никого из нас до напечатания со статьями остальных сотрудников, так что каждый из нас ознакомился с содержанием "Вех" только после их опубликования, не было и никакого предварительного редакционного сговора и обмена мнений" (Франк С.Л. Ук. соч. С.82). Видимо, здесь имеет место историческая аберрация: Франк переносит на Гершензона 1908-1909 гг. отпечаток взаимоотношений, определившихся после 1917 (Гершензон, в отличие от основного ядра "веховцев" не был выслан из России и возвратился в нее осенью 1923 -- после 10 месяцев, проведенных для лечения в Германии).

3 Гершензон первоначально планировал привлечь в сборник Иванова-Разумника (наст. фам. Иванов Разумник Васильевич, 1878-1946), критика, публициста, представителя "неонароднической" эстетики. Летом 1908 г., отдыхая на даче близ Петербурга и часто наезжая туда по делам, Гершензон сблизился с Ивановым-Разумником, о чем сообщал брату в письме от 11 июня 1908 г.: "Близко я сошелся эти дни с Ивановым-Разумником" (Там же. Л.5). Франк дважды отзывался о работах этого критика: в первый раз сочувственно, в рецензии на его "Историю русской общественной мысли" (СПб., 1907), затем -- негативно, в рецензии на книгу "О смысле жизни" (СПб., 1908). (См.: Критическое обозрение. 1907. No 1; там же. 1908. No 7). В том же тоне, что и в письме к Гершензону, Франк писал, что новая книга Иванова-Разумника с ее "гедонистической теорией жизни", проповедующей ту же "борьбу за счастье народа" не во имя долга или Бога, а потому что "так хочется", "есть просто reductio ad absurdum традиционной нигилистически-оптимистической веры русской интеллигенции" (Критическое обозрение. 1908. No7. С.37-38). Видимо, это выступление на страницах близкого Гершензону журнала окончательно убедило инициатора "Вех" отказаться от привлечения Иванова-Разумника к участию в сборнике.

4 См. статьи Н.А. Бердяева 1907-1908 гг. ("Русские богоискатели", "Из психологии русской интеллигенции", "К вопросу об интеллигенции и нации"), впоследствии составившие основу его книги "Духовный кризис интеллигенции" (СПб., 1910). Эти работы во многом подготовили "веховское" выступление.

5 Речь идет о Леониде Евгеньевиче Габриловиче (псевд. Галич, 1878-1953), публицисте, физике, приват-доценте Петербургского ун-та по кафедре философии, активном сотруднике журнала "Вопросы философии и психологии".

6 Речь идет о первоначальном плане сборника, в котором темы статей не совпадали с окончательными.

7 Ни Юлий Исаевич Айхенвальд (1872-1928), критик, литературовед, ни Аркадий Георгиевич Горнфельд (1867-1941) -- литературовед, библиограф, сотрудник "Русского богатства", -- не были привлечены к участию в сборнике ни на одном из этапов его подготовки.

8 Имеется в виду рецензия на книгу Иванова-Разумника "О смысле жизни" (см. прим.3).

9 П.Б. Струве. Франк, рекомендовавший Александра Соломоновича Изгоева (наст. фам. Ланде, 1872-1935), писал о его идейной близости к Струве (Франк С.Л. Ук. соч. С.82).

10 Франк продолжает здесь полемику с концепцией "нового религиозного сознания", культивируемой Д.С. Мережковским, Д.В. Философовым и их кругом. Бердяев в 1907 назвал это "политиканствующей религией" ("К вопросу об отношении христианства и общественности"). В том же русле пишет и Франк в статье, переданной Гершензону для "Критического обозрения", посвященной книге Мережковского "В тихом омуте". Статья эта во многом параллельна "веховскому" выступлению. Франк замечает: "...когда вся сущность веры усматривается в одной лишь действенности, и притом общественно-политической, то "Бог и дьявол", "Христос и антихрист" становятся простыми кличками для партийных направлений и партийной борьбы" (Критическое обозрение. 1909. Вып.1. С.21).

11 Протестуя против попыток новейшей современной "левой" философской мысли совместить социализм с этическим учением Канта, Франк писал о враждебности друг другу Канта и Маркса, поскольку "марксизм в философском смысле есть нигилизм -- отрицание общеобязательных ценностей и открытое провозглашение классового эгоизма единственным практическим мерилом" (Франк С.Л. Социализм и кантианство. // Критическое обозрение. 1909. Вып.2. С.350). Впоследствии статья вошла в книгу "Философия и жизнь" (СПб., 1910).

12 К середине января было лишь начато составление "Вех". Гершензон сообщал брату 18 января 1909 г.: "Она [книга об интеллигенции. -- Публ.] быстро продвигается. Уже готовы статьи у Булгакова и Бердяева; я их еще не читал. Они переписываются. Франк сейчас здесь -- и пишет, к 25-му верно кончит. Кистяковский пишет свою в Берлине, и 22-го привезет; я свою хочу писать после всех. Остановка только за Струве, который не отвечает на письма" (Там же. Ед.хр.Ю. Л.7-7об.). В начале февраля уже шел набор первых статей для сборника. В письме к брату от 11 февраля 1909 г. М.О. Гершензон сообщает: "...эти дни еще писал статью для сборника об интеллигенции. Сборник уже печатается и тоже отнимает у меня время" (Там же. Ед.хр.Ю. Л. 13).

13 Речь идет о статье С.Л. Франка "К характеристике Гете" (Критическое обозрение. 1909. Вып.3).

14 Фраза из предисловия, написанного Гершензоном, исключена не была.

15 Рецензия Франка на "Письма А.И. Эртеля. Под ред. и с предисловием М.О. Гершензона" (М., 1909) была опубликована в "Слове" (28 мая), а затем вошла в книгу Франка "Философия и жизнь".

16 Я апрельском выпуске "Критического обозрения" (вып.4) Франк поместил рецензию на две книги -- Д.В. Философова "Слово и жизнь" и Н.Минского "На общественные темы".

17 Отклики на "Вехи", составившие обширную библиографию, приложенную к 4-му изданию и дополненную в 5-м издании, анализировались в наиболее полном виде в работах: Полторацкий Н. "Вехи" и русская интеллигенция. // Мосты. 1963. No 10; Oberlander G. Die Vechi-Diskussion (1909-1912). Köln, 1965; Levin A. Andrey Bely, M.O. Gershenzon and Vekhi. -- Andrey Bely: A critical Review. U. of Kentucky. Lexington, 1978; Read Ch. Religion, Revolution and the Russian Intelligentsia 1900-1912. The Vekhi Debate and its Intellectual Background. London, 1979.

18 2-е издание "Вех" увидело свет 27 мая 1909 г. Гершензон писал брату 28 мая: ""Вехи" вышли вчера, и до 2 часов было продано 700 экз." (Там же. Ед.хр.11. Л.7об.). А 5 июня 1909 г. Гершензон не без удовольствия сообщал родным: "Кончилось печатание "Вех", дома шла укладка, потом, когда "Вехи" вышли, я три дня безвыходно сидел в конторе "Крит[ического] Об[озрения]" и продавал их, принимая квитанции, деньги и пр., так что, бывало, только в 2-3 часа дня в первый раз урву 5 минут, чтобы закусить. В эти первые три дня я продал почти все издание: 2200 экз. из 3 тыс., так что на днях надо уже печатать третье издание" (Там же. Л.8). 20 июля 1909 г. Гершензон пишет брату: "3-е изд. "Вех" вышло 17-го" (Там же. Л.17об.). Хлопоты по изданию "Вех" Гершензону возместились -- после 4-го издания, вышедшего в сентябре, он взял себе 400 руб. гонорара. В письме к брату от 4 октября он сообщает: "...я решил взять себе за труд по изданию "Вех" (4 издания -- и доход ведь огромный) и взял 400 руб." (Там же. Ед.хр.12. Л.1об.). 29 октября: "А "Вехи" все идут: за пять недель продано 1700 экз.; опять здесь третьего дня читался доклад о них, и пр. Они дали нам чистого дохода уже 6000 руб., и еще дадут. Я лично получил гонорара 700 руб., да 400 взял себе за редакцию. Даже совестно: хочу предложить участникам остальной доход пожертвовать на что-нибудь" (Там же. Л.8).

19 Речь идет о книге Гершензона "Исторические записки (о русском обществе)", куда вошли статьи об И.В, Киреевском, Ю.Ф. Самарине. Работы Гершензона в области истории славянофильства вызывали неоднозначные оценки. С одной стороны, раздавались настороженно-льстивые голоса, вроде Розановского. В начале января 1913 г. В.В. Розанов писал Гершензону: "Вы с неизмеримо большим умом и вкусом избрали разработку и историю славянофильства, и не я один, а множество русских и даже вообще, я думаю, русские оглянулись на это с удивлением и, я думаю, с затаенным восхищением. Очень немногие (все-таки есть) -- с недоверием как к невозможности (т.е. с недоверием не к личности Вашей, а к трудности и невероятности факта)" (ОР ГБЛ. Ф.746. К.40. Ед.хр.57. Л.22об.). С другой стороны, Струве, например, обвинил Гершензона в славянофильстве (Русская мысль. 1909. No12. С. 185). Гершензон вынужден был оправдываться -- в своем "Ответе П.Б. Струве (По поводу "Исторических записок**)" он не без иронии писал: "Начну с того, что книга моя вовсе не имеет целью воскресить славянофильство. Какой же я славянофил? -- я, как вы знаете, еврей" (Русская мысль. 1910. No 2. С. 175). Наконец, в письме к А.Г. Горнфельду Гершензон дал своего рода исповедь по поводу собственного национального самоощущения: "Последнее время мне не раз приходилось слышать иронию: Герш[ензон] -- славянофил. Плоская шутка, но мне надоело. /.../ Вот мое непосредственное чувство: я чувствую себя евреем и социально, и субъективно-психологически. Насчет первого я как раз последнее время (постарел, должно быть) часто мучаюсь: не вижу для себя никаких путей к активному участию в еврейских делах. Второе же во мне всегда было очень ясно и теперь только сильнее, я чувствую свою психику совершенно еврейской и совершенно разделяю точку зрения Чуковского, Андрея Белого и пр., т.е. я уверен, что интимно понять русских я не в состоянии. Поэтому я тщательно избегаю таких тем (в противоположность Айхенвальду, напр.). Вся моя работа в области рус[ской] литературы имеет предметом вечные темы -- общечеловеческие" (ЦГАЛИ. Ф.155. Оп.1. Ед.хр.269. Л.1; письмо от 20 января 1910 года).

20 Речь идет о книге Э.Бутру "Вильям Джеймс и религиозный опыт" (М., 1908; пер. Н.М. Соловьева), на которую Франк вскоре написал рецензию (см.: Франк С.Л. Религия и наука.// Критическое обозрение. 1909. Вып.6. Октябрь).

21 Журнал "Критическое обозрение", издававшийся приятельницей и покровительницей Гершензона Е.Н. Орловой (Гершензон вел в нем литературный отдел), прекратил свое существование с 1910 года.

22 Речь идет о докладе Франка "Прагматизм, как философское учение" (см. его публикацию и отчет о его обсуждении: Русская мысль. 1910. No 5).

23 Сборник С.Л. Франка "Философия и жизнь" (СПб., 1910).

24 Помимо Франка и Гершензона ("Исторические записки"), "веховские" статьи перепечатали еще двое авторов -- Бердяев ("Духовный кризис интеллигенции". СПб., 1910) и А.С. Изгоев ("Русское общество и революция". М., 1910). Булгаков перепечатал статью из "Вех" во II томе книги "Два града" (М., 1911), а Струве -- в книге "Patriotica. Политика, культура, религия, социализм" (СПб., 1911).

25 Гершензон осуществил свой замысел благотворительной акции -- собрал деньги для сильно нуждавшегося А.М. Ремизова.

26 Франк упоминает о статье С.А. Венгерова "Литературные настроения", где автор писал: "А "Вехи" вспыхнули на минуту, а потом остался от них один чад" (Русские ведомости, 1 января 1910 г. С. 14).


Письма С.Н. Булгакова.


1 Б.А. Кистяковский и Н.А. Бердяев.

2 Имеется в виду Владимир Александрович Кожевников (1852-1917), философ, участник религиозно-философского общества им. В.Соловьева в Москве, публикатор сочинений Н.Ф. Федорова.

3 Меткого слова (нем.)

4 Булгаков состоял профессором политической экономии Московского института и приват-доцентом Московского ун-та; речь идет об экзаменах в этих учебных заведениях.

5 Упомянута Мария Борисовна Гольденвейзер (1873-1940), жена М.О. Гершензона.

6 Вероятно, Булгаков послал Гершензону книгу Николая Онуфриевича Лосского (1870-1965) "Обоснование интуитивизма", вышедшую в серии "Записки ист.-фил. факультета императорского С.-Петербургского университета" 2-м изданием в 1908 году (с дополнением -- двумя новыми статьями; 1-ое издание -- 1906 год). Далее упомянуты "Записки Петербургских религиозно-философских собраний (1902-1903)". СПб., 1906. Лосский был приглашен Булгаковым к участию в "Вехах": "Когда сборник ["Вехи". -- Публ.] был задуман, я получил от С.Н. Булгакова письмо с предложением написать для него статью. В то время, однако, я весь был поглощен занятиями гносеологиею и логикою; отвлекаться в сторону для статьи о проблемах общественной жизни мне было трудно, и я выразил сожаление о том, что не могу принять участия в сборнике. Булгаков написал мне, что я, по-видимому, предпочитаю "splendid isolation"" (Лосский И.О. Воспоминания. Мюнхен. 1968. С. 148).

8 27 августа 1909 года умер маленький сын Булгаковых -- Иван (род. 25 декабря 1905 года).


Письма П. Б. Струве.


1 См. прим.1 к письмам Франка, где указана предварительная тема статьи Струве.

2 См. статьи П.Б. Струве "Ответ Д.С. Мережковскому" (Речь, 24 февраля 1908 года) и "Кто из нас максималист?" (Речь, 18 марта 1908 года), в которых концепция "Великой России" возводилась на основе "национально-либерального национализма".

3 Примечание свидетельствовало о том," что Струве написал основную часть "веховской" статьи в 1907 году. Действительно, тогда он задумывал написать книгу, подводящую итоги, -- и своего личного пути, и пути, пройденного интеллигенцией, и пути самой революции. Книга должна была называться "Интеллигенция и революция". Глава этой незаконченной работы стала частью "веховской" статьи Струве, добавившего фрагмент о провокации (см.: "В настоящее время с полной ясностью раскрывается, что в этом делании революции играла роль ловко инсценированная провокация..." и т.д.).

4 Опубликована в "Русской мысли", 1907. No 10. 4.2. С.220-232.

5 "Sursum corda" -- Горе имеем сердца (Плач Иеремии, III, 41; Евхаристический канон). Здесь -- тонкий укол М.О. Гершензону, употребившему эти слова на первой странице своей монографии "П.Я. Чаадаев. Жизнь и мышление" (СПб., 1908) в качестве своеобразного идейного лейтмотива. Сравнение с Сергеем Александровичем Рачинским (1833-1902), педагогом, писателем религиозно-народнического толка, также носит иронический характер -- не случайно Струве будет вскоре после выхода "Вех" обвинять Гершензона в "народничестве", "народнопоклонстве" и "моралистическом рационализме", -- "грехах", в которых обвиняли сочинения Рачинского (Струве П. Patriotica. Политика, культура, религия, социализм. СПб., 1911. С.479, 473).

6 Шутливый намек Струве на собственное "поправение".

7 Струве передает комплимент Павла Елисеевича Щеголева (1877-1931), историка революционного движения в России. Статья Гершензона "Завещание Гоголя" (Русская мысль. 1909. No5) была посвящена анализу "Выбранных мест из переписки с друзьями" Н.В. Гоголя и знаменитого письма Белинского к Гоголю. Статья чрезвычайно удачно вписывалась в контекст его "веховского" выступления, служила своего рода переводом положений "Вех" на язык историко-литературного исследования. Размышления о Гоголе, чувствовавшего в Христе "только тонкого психолога" и связывавшего идею личного спасения с идеей служения общему благу, государству, не могли не запомниться современникам. Не случайно П.Н. Сакулин в неопубликованной статье "Апология духа (М.О. Гершензон и русская интеллигенция)" сравнил судьбу Гершензона в связи с полемикой вокруг его статьи в "Вехах" с судьбой самого Гоголя после выхода "Выбранных мест...": "/.../ в его [Гершензона. -- Публ.] писательской жизни "Вехи" сыграли, пожалуй, ту же роль, что и в жизни Гоголя "Выбранные места из переписки с друзьями". Гоголь не был понят до конца; его сокровенные думы о жизни не были оценены, и в нем увидели только апологета николаевской России. То же случилось с М.О. Пытались обвинить его чуть не в реакционерстве, -- с озлоблением говорили, что он, причисляющий себя к русской интеллигенции, протягивает руку властям, насильникам народа и интеллигенции" (ЦГАЛИ. Ф.444. Оп.1. Ед.хр.14. Л.3; статья 1925 года).

8 Речь идет о статье Гершензона "Поэмы И.С. Тургенева" (Русская мысль. 1910. No9).

9 Обзор Александра Григорьевича Фомина (1887-1939), историка литературы, библиографа, -- не был напечатан.

10 Два сборника -- "Интеллигенция в России" (кадетский) и "Вехи как знамение времени" (эсеровский), оба помечены 1910-м годом. 3 сентября Гершензон сообщал брату: Теперь печатаются два сборника против "Вех": один в Петерб[урге] -- кадеты и мирно-обновленцы, Гредескул, Арсеньев, Овфнико]-Куликовский и др., другой в Москве -- с.-р.: Мякотин с компанией. Это обещает нам много брани и еще 2-3 издания" (ОР ГБЛ. Ф.746. К.20. Ед.хр.П. Л.27).

и Статья Франка "Философские отклики. Новая книга Бердяева" (рецензия на "Духовный кризис интеллигенции") опубликована в No4 "Русской мысли" за 1910 г. Статья Котляревского не была опубликована, видимо, из-за избытка материалов, связанных с Франком: в No5 был помещен (помимо статьи самого Франка "Прагматизм как философское учение") стенографический отчет о диспуте в московском философском собрании по поводу работы философа.


Письма А. С. Изгоева.


1 О первоначальной теме статьи Изгоева см. прим.1 к письмам С.Л. Франка.

2 Действительно, статья Изгоева не понравилась большинству авторов сборника. Говоря о ее первоначальном варианте, Гершензон сообщал 18 января 1909 г. брату: "Дня четыре назад прислал свою статью Изгоев ("Быт интеллигенции**). Я ее прочитал -- она плоха. Третьего дня собрались у нас Булг[аков], Бердяев и Франк, и мы совместно обсуждали ее, а вчера я написал Изгоеву, какие мы просим его сделать поправки. В конце будущей недели начну печатать" (ОР ГБЛ. Ф.746. К.20. Ед.хр.10. Л.7об.).

3 Сергей Яковлевич Елпатьевский (1854-1933) -- писатель, публицист, автор очерков нравов.

4 Речь идет о литературном скандале, в котором были замешаны перечисленные Гершензоном лица. Писатель Евгений Николаевич Чириков (1864-1932), сотрудник левой прессы, во время литературного чтения в доме артиста Ходотова резко раскритиковал новую пьесу еврейского писателя Шолома Аша "Белая кость". В результате разгорелся спор о "способности" той и другой нации "понять быт" друг друга. Полемика, свидетелями которой были Самуил Соломонович Шайкевич, присяжный поверенный, Осип Дымов (наст. фам. Иосиф Исидорович Перельман, 1878-1959), драматург и прозаик, и критик Аким Львович Волынский (наст, фам. Флексер, 1861-1926), -- быстро сделалась достоянием правой печати (см., напр. "Новое время" от 5 марта 1909 г.). См. также подробное изложение этого эпизода в кн.: Вл.Жаботинский. Фельетоны. Изд. 3-е, дополненное. Изд-во С.Д. Зальцман. Берлин, 1922.

5 См. обмен письмами между Булгаковым и Гершензоном по этому поводу.

6 См.: Мельгунов С. Нашли виновника.// Киевские Вести. 25 марта 1909 г.; Игнатов И. Литературные отголоски.// Русские ведомости. 1909. No 69; Философов Д. О любви к отечеству и народной гордости.// Наша Газета. 2 марта 1909 г.

7 Письма и примечания Владимира Григорьевича Черткова (1854-1936), одного из ближайших друзей и единомышленников Л.Толстого, вызвали негативную реакцию у многих, особенно на фоне блестящих писем самого Эртеля (см., напр., рецензию П.Б. Струве "На разные темы. "Вехи" и "Письма Эртеля"".// Русская Мысль. 1909. No 5).

8 Статья кн. Д.Шаховского "Слепые вожди слепых" (Голос. 3 апреля 1909 г.), упрекавшего Струве в ренегатстве, вызвала резкий ответ самого Струве (см.: Русская мысль. 1909. No5).

9 Это дополнение "о клевете" во 2-м издании помещено не было.

10 Сборник "В защиту интеллигенции" (М., 1909) состоял из статей представителей социал-демократического и либерального направлений.

11 И.М. Биккерман 22 мая 1909 г. выступил с докладом в Петербургском литературном обществе.

12 См.: А.Белый. Правда о русской интеллигенции.// Весы. 1909. No 5; Е.Трубецкой. "Вехи" и их критики.// Московский Еженедельник. 1909. No 23.

13 См.: Милорадович К.М. "Вехи". Сб. статей.// Журнал Министерства народного просвещения. 1909. No 8.

14 А.Изгоев поместил рецензию на кн. В.Обнинского "Новый строй" (2 ч. М., 1909) в "Критическом обозрении" (1909. Вып. 8).

15 Речь идет о статье Максима Максимовича Ковалевского (1851-1916), историка, юриста, социолога, члена партии "демократических реформ". См.: Интеллигенция в России. СПб., 1910 (фактически сборник увидел свет уже в октябре 1909 г.).

16 Изгоев отвечает на письмо Гершензона, высказавшего свои соображения в связи с выходом книги "Русское общество и революция".

17 См.: Басаргин А. Течения встречные; Компромиссы (Московские ведомости. 1910. 6 и 12 января).

18 См. прим. 10 к письмам Струве.

19 См.: Пешехонов А. Свободная кооперация. // Киевские вести, 30 апреля 1909 г.


Письма Н.А. Бердяева.


1 Речь идет о знаменитой фразе из статьи Гершензона "Творческое самосознание": "Каковы мы есть, нам не только нельзя мечтать о слиянии с народом, -- бояться его мы должны пуще всех казней власти и благословлять эту власть, которая одна своими штыками и тюрьмами еще ограждает нас от ярости народной". 1 мая Гершензон сообщал брату: ""Вехи" меня просто замучили: точно град, сыпятся на меня ежедневно десятки вырезок из газет -- статьи, фельетоны и пр.; теперь их у меня уже далеко за 50, а еще многих я наверное не знаю. Слева бранят жестоко, справа одобряют (Нов[ое] вр[емя] и Московские] Ведомости]). Последние дни весь шум сосредоточился вокруг моей "погромной" фразы (последняя на стр.88-ой), действительно неосторожной, а главное -- грубо непонятой. После лекции Мережковского даже Струве восстал на меня и написал в "Слове" очень грубую статью о моей фразе. Прилетел Кистяк[овский] с этой статьей, настаивал, чтобы я отвечал, но я отказался отвечать, а во 2-м изд. сделаю примечание". (ОР ГБЛ. Ф.746. К.20. Ед. хр.11. Л.2). "Грубая" статья Струве -- "О "Вехах"" (Слово. 25 апреля 1909 г.). Корректирующее смысл сакраментальной фразы примечание было внесено Гершензоном во 2-е изд. "Вех". В "Исторических записках", куда вошла "веховская" статья, фраза вообще была исключена.

2 См.: Мережковский Д. Семь смиренных. // Речь. 26 апреля 1909 г.

3 См.: Архиепископ Антоний. Открытое письмо авторам сборника "Вехи". // Слово. 10 мая 1909 г.

4 См.: Струве П.Б. Ответ Архиепископу Антонию. // Слово. 10 мая 1909 г.

5 В своем "Открытом письме Архиепископу Антонию" (Московский еженедельник, 15 августа 1909 г.) Бердяев критиковал "дела церкви", говоря о том, что "церковь Христова держится на вере в правду распятую, а не силу распинающую". Здесь же Бердяев подчеркнул, что "веховцы" сознают, что вина за творящееся в России лежит не только на интеллигенции, против которой они выступили, но и на самой власти.

6 Имеется в виду сборник "Духовный кризис интеллигенции".

7 Михаил Васильевич Пирожков (1867-1926 или 1927) -- издатель, выпустивший книги Бердяева "Новое религиозное сознание и общественность" (СПб., 1907) и "Sub specie aeternitatis. Опыты философские, социальные и литературные. 1900-1906" (СПб., 1907).

8 Речь идет о книге У.Джеймса "The meaning of truth..." N.Y., 1909.

9 Позднее, подводя итоги "положительного действия" "Вех", Гершензон писал брату 31 марта 1910 г.: "Попадут "Вехи" в историю -- это уже несомненно. Мы далеко не ожидали такого большого впечатления. Под строжайшим секретом скажу вам, что мы собираемся издать осенью еще одну такую книжку, приблизительно в том же составе сострудников, -- исключительно теоретически; тема сборника: личное совершенствование и общественные реформы (т.е. что из них важнее и каково взаимное отношение того и другого). Этот вопрос есть фокус "Вех", но его мало заметили; теперь нам надо разъяснить его без всякого отношения к русской интеллигенции, только по существу. Я отказался от редакторства -- и "Вехи" мне довольно надоели -- но статью напишу". (ОР ГБЛ. Ф.746. К.20. Ед.хр.13. Л.19об.).

10 См. его статью "О книге Вяч. Иванова "По звездам"" (Московский еженедельник. 1909. No42).

11 Все эти замыслы Бердяев реализовал. См.: "Вера и знание" (Вопросы философии и психологии. 1910. No 102); "Утонченная Фиваида (религиозная драма Дюрталь-Гюисманса)" (Русская мысль. 1910. No 9).

12 Лидия Юдифовна Бердяева (Рапп, 1889-1945) -- жена Н.А. Бердяева.

13 См.: М.Шагинян. Еще о "Вехах". // Приазовский край. 29 июня 1909 г.