# Письмо к И. С. Тургеневу

Евгений Михайлович Феоктистов

Феоктистов Е. М. Письмо Тургеневу И. С., <25 февраля 1852 г. Москва> // Пушкин. Лермонтов. Гоголь. -- М.: Изд-во АН СССР, 1952. -- С. 743--744. -- (Лит. наследство; Т. 58).

http://feb-web.ru/feb/gogol/critics/l58/l582743-.htm


Е. М. ФЕОКТИСТОВ -- И. С. ТУРГЕНЕВУ


<Москва. 25 февраля 1852 г.>1

Тургенев, сейчас получил Ваше письмо и думаю, что мое еще успеет попасть на почту. Благодарю Вас за письмо Ваше, -- давно я не получал ничего милее этого2. Но дело не в том -- весь интерес теперь в Гоголе. Вчера мы похоронили его. Вся Москва решительно была на похоронах. Огромная университетская церковь не вмещала народу -- кроме Назимова, Закревский3 и пр. были в полных мундирах -- также профессора, которые некоторое время несли гроб и передали его потом студентам и прочему народу. Гроб не дали ставить на колесницу и на руках донесли его до могилы в Даниловом монастыре, верных 6 верст. Я нес его до могилы и опускал в нее гроб4. Пишу Вам эти подробности, потому что в них наиболее выразилось странное <?> уважение к Гоголю. Когда тело его лежало в университете, церковь была отперта, и даже ночью приходил народ поклониться ему. Можно сказать, что вся Москва перебывала у гроба. Он лежал в лавровом венке, а в руках был букет иммортелей. Я сорвал листок с венка и взял цветок иммортелей -- на память. Теперь другие подробности. Как Вы полагаете, слухов об оставшихся сочинениях -- бездна. Достоверно то, что он всё сжег. Но вчера единогласно говорили, что у гр. Толстого, его главного друга, у которого он жил и умер, остался запечатанный пакет, который откроют чрез 6 недель. Что в нем -- неизвестно. Достоверно известно только то, что 2-я часть "Мертвых душ" сожжена.

В последнее время Гоголь занимался огромным сочинением: "Толкование на литургию" -- не оно ли осталось?

Чтоб дать Вам понятие об графе Толстом -- вот его поступок: он не хотел Гоголя хоронить в университетской церкви, и, когда его перенесли туда, он отказался взять погребение на свой счет, говоря: "Если так, то пусть хоронит кто хочет" -- и его хоронили на счет университета. Похороны, впрочем, были великолепные. Погодин не был тогда в Москве, а Шевыреву еще и теперь не говорят о смерти Гоголя, ибо он сам болен тифом. Но Аксаковы и Хомяков -- великолепны; когда-нибудь Вы услышите об их похождениях. Много рассказывать!5 Теперь все расспрашивают гоголевского мальчика6 о подробностях его жизни, но он, кажется, понял свое интересное положение и развивает в себе Хлестакова7...


Автограф. ИРЛИ. Фонд Е. М. Феоктистова (No 166, ед. хр. 1539).

Евгений Михайлович Феоктистов (1829--1898) -- литератор, впоследствии начальник Главного управления по делам печати. Автор известных мемуаров "За кулисами политики и литературы" (Л., 1929).


1 В подлиннике неустановленным почерком: "27 февраля". Ошибочность этой даты устанавливается указанием на состоявшиеся накануне (т. е. 24 февраля) похороны Гоголя.

2 Это письмо И. С. Тургенева к Феоктистову неизвестно.

3 Арсений Андреевич Закревский (1783--1865) -- московский военный генерал-губернатор. Приезд его на похороны Гоголя вовсе не являлся знаком уважения к памяти великого писателя, которого он, по словам современника, никогда не читал (см. письмо Н. Ф. Павлова к А. В. Веневитинову: Барсуков, XI, 538), а желанием помешать могущим произойти "беспорядкам".

4 В ответном письме, адресованном Феоктистову и В. П. Боткину (от 26 февраля 1852 г.), Тургенев писал: "Вы не можете себе представить, друзья мои, как я вам благодарен за сообщение подробностей о смерти Гоголя <...> Я перечитываю каждую строку с какой-то мучительной жадностью и ужасом <...> Я рад, что его хоронили в университетской церкви и, действительно, нахожу вас всех счастливыми, что удостоились нести его гроб. Это будет одно из воспоминаний вашей жизни" ("Тургенев и круг "Современника"", М. -- Л., "Academia", 1930, стр. 151--152).

3 марта 1852 г. Феоктистов снова писал Тургеневу: "Милый Тургенев, завтра утром посылаю Вам по тяжелой почте литографированный здесь портрет Гоголя в гробу, очень изрядно сделанный. Продавался он здесь студентами в очень малом количестве. Я чувствую и знаю, как тяжела была для Вас особенно эта наша великая потеря, и потому не считаю лишним доставить Вам всё, что дает наималейшее воспоминание о Гоголе. Когда он лежал в гробу, то, как Вам известно, в руках его был букет иммортелей. Во время прощания около гроба сделалась просто драка. Всякий хотел не только проститься с ним, но и достать себе хоть ветку из его букета. Я достал одну ветку также, и вместе с портретом полу?чите цветок с этой ветки.

Что сказать Вам? Тяжело и скучно. Очень заинтересовали в Вашем письме слова об тех обстоятельствах, которые Вас подготовили к смерти Гоголя. До сих пор мы тут не имеем и понятия об этих обстоятельствах <...>

Забыл совсем: когда я пишу к Вам, около меня лежит маска, снятая с мертвого Гоголя Рамазановым. Страшное сходство. Посылать в Петербург боюсь -- расшибется, а к приезду Вашему приобрету для Вас" (неизд. -- ИРЛИ, ф. 166, ед. хр. 1539). Письмо ошибочно датировано Феоктистовым 1851 годом.

5 См. письма NoNo 198 и 200.

"Воображаю себе, -- писал Тургенев Феоктистову в уже цитированном выше письме, -- сколько дрянных самолюбий станут взбираться на его могилу и примутся кричать петухами и вытягивать свои головки -- посмотрите, дескать, на нас, люди честные, как мы отлично горюем и как мы умны и чувствительны" ("Тургенев и круг "Современника"", цит. изд., стр. 152).

6 Крепостной слуга Семен, вопреки завещанию Гоголя, был возвращен М. И. Гоголь и поступил в услужение к Н. П. Трушковскому. 30 января 1853 г. М. И. Гоголь жаловалась на Семена С. П. Шевыреву: "Мальчик <...> сделался так избалован, что я не узнавала его после того как он служил у моего сына. Он <Гоголь. -- Л. Л.> боялся, как говорил, отдать ответ за него богу и старался внушать ему все доброе, исправлял сколько мог, давая полезные <книги> читать, но внук мой так еще юн и так много занят, и не мог вообразить, чтоб тот мальчик, который служил его дяде, мог избаловаться, но когда заметил его не в приличном виде, то хотел отправить его в деревню, но он упросил его не делать ему такой конфузии, обещаясь исправиться, в чем я, однакож, сумневаюсь" (неизд. -- ГПБ, ф. С. П. Шевырева).

7 За содействие напечатанию в "Московских ведомостях" письма Тургенева о смерти Гоголя Феоктистов был отдан под надзор полиции, а Тургенев, после ареста, был выслан в свое имение.

Об аресте Тургенева сообщал из Петербурга Погодину поэт Я. П. Полонский: "Тургенев за статью о Гоголе, помещенную в "Московских ведомостях", сидит на съезжей, куда сажают сроком на месяц -- вот Вам одна петербургская новость. Другой еще не знаю" (неизд. -- ЛБ, Пог. II/26/125). Аналогичное упоминание об аресте Тургенева встречается и в письме писателя И. Т. Кокорева к М. П. Погодину (неизд. -- ЛБ, Пог. II/15/205).