# С народом или против народа

Федор Ильич Дан

"За два года". Сборникъ статей изъ "Искры". Часть первая.


## Съ народомъ или противъ народа. (15 декабря 1903 г. No 55)


Недавно закончившаяся сессія уѣздныхъ земскихъ собраній представляла выдающійся политическій интересъ. Посреди огромнаго общественнаго возбужденія, вызваннаго все усиливающимся подъемомъ революціонной борьбы народа, г. г. земцамъ предстояло обсудить вопросъ о желательномъ съ ихъ точки зрѣнія измѣненіи цензовыхъ нормъ для выборовъ въ земскія собранія.

Вопросъ этотъ былъ вынесенъ на обсужденіе земствъ министромъ внутреннихъ дѣлъ. Самый фактъ рѣшенія вопроса не исключительно бюрократическимъ путемъ, а посредствомъ предварительной постановки его на обсужденіе лицъ, "довѣріемъ общественнымъ облеченныхъ", не представляетъ собою, по нынѣшнимъ временамъ, ничего особенно исключительнаго. Это просто одна изъ тѣхъ костей, которыя, ради предохраненія "общества" отъ заразы революціоннаго возбужденія, правительство выбрасываетъ время отъ времени для либеральнаго пережевыванія земскимъ "излюбленнымъ людямъ", то въ комиссіяхъ, засѣдающихъ въ Петербургѣ, то на мѣстахъ. Достаточно извѣстна та забавная старательность, съ которою въ такихъ случаяхъ гг. либералы хлопочутъ вокругъ брошенной имъ подачки, больше всего въ мірѣ заботясь о томъ, чтобы какъ-нибудь не потребовать слишкомъ многаго, не потерять,-- чего Боже упаси -- репутаціи "трезваго государственнаго ума" въ глазахъ того или иного превосходительства! Извѣстна и та -- не менѣе забавная -- жалобная растерянность и горькое недоумѣніе, которое эти хлопотуны обнаруживаютъ каждый разъ, когда, несмотря на всѣ ихъ старанія показать, что они, ей Богу-же, ничего "такого" не требуютъ, всѣ "труды" ихъ паки и паки кладутся подъ сукно, а превосходительный перстъ грозитъ имъ, какъ нашалившимъ мальчишкамъ.

Конечно, надо было быть слишкомъ большимъ оптимистомъ, чтобы ожидать, что наши земцы рѣшительно и прямо свяжутъ вопросъ о земскомъ избирательномъ цензѣ съ вопросомъ о нашемъ общемъ государственномъ строѣ; что они съ такою же смѣлостью окажутъ отъ имени народа, что дѣйствительное мѣстное самоуправленіе вообще несовмѣстимо съ самовластіемъ въ управленіи государственномъ, съ какою сказалъ эту истину въ своей запискѣ г. Витте отъ имени самодержавія.

Но если какой-нибудь вопросъ давалъ земскимъ либераламъ возможность, и оставаясь въ тѣсной средѣ вопросовъ мѣстнаго самоуправленія, связать свою борьбу съ борьбою широкихъ слоевъ народа, и прежде всего пролетаріата, то это, конечно, вопросъ объ избирательномъ правѣ въ земскія собранія. При наличности хотя бы весьма скромнаго политическаго чутья и политическаго смысла, способнаго стать хоть на время выше классоваго инстинкта, выростающаго на почвѣ мелкихъ хозяйственныхъ интересовъ минуты, земцы могли въ этомъ случаѣ, и не вылѣзая изъ своей земской скорлупы, сдѣлать свои требованія національными, общенародными требованіями. Для этого надо было только одно: высказаться за всеобщее, равное и прямое избирательное право во всѣ земскія представительныя учрежденія. Конечно, съ точки зрѣнія правительства, такое требованіе было бы "неосуществимо", но за то оно было бы вполнѣ осуществимо съ точки зрѣнія народа, а, главное, дало бы тотъ единственный лозунгъ, который могъ бы быть активно поддержанъ пролетаріатомъ, идущимъ во главѣ освободительной борьбы. Земцы не сдѣлали этого. Теперь, когда результаты обсужденія вопроса на уѣздныхъ земскихъ собраніяхъ уже извѣстны, можно оказать, что пароль, на которомъ съ тѣми или иными несущественными видоизмѣненіями и за единичными отклоненіями въ ту и другую сторону, единодушно сошлись почти всѣ земства,-- это возвращеніе къ Положенію 1864 года въ связи съ пониженіемъ земельнаго ценза, необходимаго для прямого и косвеннаго участія въ избирательныхъ собраніяхъ.

Требуя возвращенія въ Положенію 1864 года, земцы подчеркиваютъ его "безсословный" характеръ. На самомъ дѣлѣ это не такъ. Сущность созданнаго этимъ Положеніемъ избирательнаго права была въ краткихъ чертахъ такова: гласные избирались на трехъ отдѣльныхъ избирательныхъ съѣздахъ -- отъ землевладѣльцевъ съ прямымъ избирательнымъ правомъ для крупныхъ и косвеннымъ, черезъ уполномоченныхъ, для мелкихъ; отъ городскихъ купцовъ, промышленниковъ и владѣльцевъ недвижимыхъ имуществъ извѣстной цѣнности; отъ сельскихъ обществъ съ косвенными выборами черезъ уполномоченныхъ, назначаемыхъ сельскими сходами.

Такимъ образомъ, независимо отъ имущественнаго ценза съ особенными привилегіями для болѣе крупныхъ собственниковъ (прямые выборы), Положеніе 1864 года закрѣпляло и сословное разслоеніе. Если вспомнить, что ко времени паденія крѣпостного права почти вся частно-владѣльческая земля была сосредоточена въ рукахъ дворянства, то естественно, что выдѣленная въ особое избирательное собраніе группа землевладѣльцевъ являлась въ сущности ни чѣмъ инымъ, какъ особою организаціей дворянскаго сословія. Если же прибавить, что изъ 318 уѣздовъ въ 202 группѣ землевладѣльцевъ было предоставлено избирать половину всѣхъ гласныхъ, то ясно, что на дѣдѣ Положеніе 1864 года давало въ огромномъ большинствѣ земскихъ собраній преобладающее вліяніе именно дворянству. Еще въ 1883--1886 гг. гласные дворяне и чиновники составляли 42,4 процента всего числа уѣздныхъ гласныхъ (5.595 изъ 13.196). Но -- и это самое главное -- сословный характеръ былъ приданъ избирательному праву выдѣленіемъ изъ среды всѣхъ землевладѣльцевъ вообще въ особую группу крестьянъ, получившихъ избирательныя права въ самомъ ограниченномъ размѣрѣ. И этотъ сословный характеръ "Положенія" былъ настолько ясенъ самому творцу его -- Валуеву, что онъ открыто говорилъ о "необходимости дать нѣкоторый перевѣсъ классу болѣе образованному и развитому".

Но послѣ освобожденія крестьянъ аграрныя отношенія, несмотря на сохранявшійся гнетъ остатковъ феодально-крѣпостного режима, начали сильно эволюціонировать въ сторону перестройки на началахъ буржуазно- капиталистическихъ. Быстрое перетеканіе земли изъ рукъ сохранившихъ традиціи барщинно-оброчнаго хозяйства дворянъ въ руки торгово-промышленнаго класса и подымающихся слоевъ зажиточнаго крестьянства; дробленіе дворянскихъ имѣній вслѣдствіе раздѣловъ при переходѣ по наслѣдству и частичныхъ продажъ; повышеніе цѣнъ на землю; постепенный переходъ къ чисто торговому земледѣлію и связанное съ нимъ примѣненіе болѣе интенсивныхъ системъ обработки земля, несовмѣстимыхъ съ кабальнымъ, полукрѣпостнымъ трудомъ, поскольку послѣдній основанъ на обработкѣ помѣщичьей земли крестьянскимъ инвентаремъ; усиленная зависимость денежнаго землевладѣльческаго хозяйства отъ общаго хода государственнаго управленія, въ особенности же отъ господствующей финансовой и таможенной политики; наконецъ, быстрое возрастаніе вліянія торгово-промышленнаго класса во всѣхъ сферахъ общественной жизни;-- все это, взятое вмѣстѣ, заставляло все большую часть дворянства, защищающаго свои классовые интересы, чувствовать себя все болѣе я болѣе не феодальнымъ сословіемъ, а классомъ капиталистическаго общества, сельской буржуазіей, хотя и бѣлой кости, но по сущности своихъ интересовъ ничѣмъ не отличающейся отъ такой же буржуазіи черной кости. Вмѣстѣ съ этимъ Положеніе 1864 года утрачивало свой сословный характеръ, поскольку онъ обусловливался преобладаніемъ дворянства. Присущій ему феодально-крѣпостническій отпечатокъ все въ большей мѣрѣ сводился лишь въ тѣмъ сословнымъ ограниченіямъ, которыми оно сковывало крестьянство и, главнымъ образомъ, пролетарскіе я полупролетарскіе слои его, такъ какъ зажиточные крестьяне, владѣя купленными участками земли, принимали -- въ зависимости отъ размѣровъ купчаго владѣнія -- прямое или косвенное участіе въ избирательныхъ собраніяхъ землевладѣльцевъ. Такимъ образомъ, съ развитіемъ капиталистическихъ отношеній Положеніе 1864 года все болѣе и болѣе превращалось изъ санкціи сословныхъ привилегій въ санкцію привилегій буржуазныхъ, имущественныхъ.

Въ эпоху реакціи восьмидесятыхъ и начала девяностыхъ годовъ, въ ряду другихъ попытокъ опереть падающее самодержавіе на подновленное, въ качествѣ феодальнаго сословія, дворянство, было издано и новое земское Положеніе 1890 года, рѣзко выдвигавшее на первый планъ сословный принципъ, сократившее до минимума и поставившее подъ опеку администраціи представительство крестьянъ, понизившее число гласныхъ отъ торгово-промышленнаго класса и отдавшее болѣе половины всѣхъ мѣстъ въ уѣздныхъ земскихъ собраніяхъ (5 433 изъ 9 523--57,1 процента) въ руки дворянъ.

Но жизнь переросла сословныя рамки. Та часть дворянства, запутавшаяся въ долговыхъ обязательствахъ и неумѣющая перестроить свое хозяйство на капиталистическихъ основахъ, которая искала спасенія отъ неминуемаго банкротства въ сохраненіи за собою положенія привилегированнаго феодальнаго сословія, все болѣе и болѣе должна была возлагать свои надежды не на собственныя силы, а на явная или замаскированныя подачки, бросаемыя ей со стола самодержавной бюрократіи; вмѣстѣ съ этимъ, теряло для нея значительную долю своего интереса участіе въ мѣстномъ самоуправленіи. Всѣ ея надежда связались съ сохраненіемъ феодально-самодержавнаго режима во всемъ государствѣ, и она уходила изъ сферы мѣстнаго самоуправленія, чтобы играть роль царевыхъ слугъ въ мѣстномъ и государственномъ управленіи. Этимъ -- въ связи съ слишкомъ высокими цензовыми нормами, стоящими въ противорѣчіи съ непрерывно совершающимся процессомъ дробленія крупныхъ дворянскихъ имѣній -- въ значительной степени объясняется тотъ фактъ, что нерѣдко на избирательное собраніе отъ дворянъ являлось меньше лицъ, чѣмъ то число гласныхъ, которое нужно было выбрать.

Но тѣмъ большимъ тормазомъ являлись сословныя рамки, искусственно созданныя Положеніемъ 1890 года, для тѣхъ дворянъ, которые уже успѣли настолько приспособить свое хозяйство къ условіямъ капиталистическаго общества, что чувствовали себя не чѣмъ инымъ, какъ частью всей землевладѣльческой буржуазіи. Въ ихъ глазахъ сословныя рамки должны былы выступать только, какъ лишнее препятствіе въ объединенію всѣхъ представителей землевладѣнія, необходимому для широкой и упорной защиты ихъ классовыхъ интересовъ. Объ этомъ прямо заявляли нѣкоторые гласные-дворяне: "Система, созданная новымъ Положеніемъ (1890 г.), говорилъ гл. новгор. губернскаго земства Тютрюмовъ,-- прямо возбуждаетъ зависть разныхъ элементовъ къ дворянству, лишая солидарности землевладѣніе, которое съ трудомъ удерживается среди всеобщей борьбы, мѣшаетъ землевладѣльцамъ слиться въ одно цѣлое".

Отсюда -- естественное стремленіе этой части дворянъ отказаться отъ своихъ "сословныхъ привилегій" и вернуться къ "безсословному" Положенію 1864 года, "безсословному", при нынѣшнемъ уровнѣ общественно-экономическаго развитія, для имущихъ классовъ. Конечно, въ этомъ стремленіи своемъ модернизированное дворянство встрѣчаетъ горячую поддержку со стороны землевладѣльческой и торгово-промышленной буржуазіи.

Очерченная же выше эволюція распредѣленія земельной собственности и аграрныхъ отношеній вообще, съ одной стороны, и вызванная необходимостью придать борьбѣ земельной буржуазіи за свои интересы не мѣстный, а государственный, политическій характеръ -- потребность опереться въ этой борьбѣ на болѣе широкіе круги населенія, съ другой, заставили либеральныхъ земцевъ написать на своемъ знамени другой девизъ: пониженіе земельнаго и имущественнаго ценза.

Но мы уже видѣли, что при современныхъ условіяхъ возвратъ къ Положенію 1864 года съ пониженіемъ ценза составляетъ не что иное, какъ коалицію всѣхъ слоевъ буржуазнаго землевладѣнія (вкупѣ съ зажиточнымъ крестьянствомъ) безъ пролетаріата, городского и сельскаго, и полупролетарскихъ элементовъ крестьянства, а слѣдовательно, въ силу самого хода вещей, противъ нихъ. Что въ данномъ случаѣ несомнѣнно играла роль не обычная "мудрая" политика либераловъ, опасающихся "разсердить" правительство "неумѣренными" требованіями, а именно узко-эгоистическіе классовые, хотя бы въ значительной степени и не сознаваемые отчетливо, интересы буржуазіи, показываетъ тотъ страхъ передъ "народомъ" который съ похвальною откровенностью высказывался столь многими гласными. "Я убѣжденъ, что при переходѣ земскаго дѣла въ руки крестьянъ... пришлось бы поставить крестъ на все земское дѣло", говоритъ консервативный г. Гриммъ въ саратовскомъ земствѣ. "Эта масса (крестьянская бѣднота) могла бы волною захлестнуть другіе слои болѣе развитыхъ классовъ", вторитъ ему либеральный Львовъ. "Другое дѣло соединять такія общественныя группы, которыя способны къ сліянію, гдѣ можетъ установиться извѣстная однородность пониманія; тогда достигается и цѣль сплоченія общества."

Мы уже видѣли, какова эта "цѣль", дѣлающая необходимымъ устраненіе пролетарскихъ и полупролетарскихъ элементовъ отъ участія въ мѣстномъ самоуправленіи. Между тѣмъ, не говоря уже о принципіальномъ значеніи выставленія либеральными земцами тѣхъ или иныхъ лозунговъ, особенно въ области избирательнаго права, какъ показателей того, какъ далеко намѣрены идти въ своихъ требованіяхъ при крушеніи абсолютизма эти господа, уже теперь предъявляющіе притязанія на право "говорить съ правительствомъ отъ имени народа"; не говоря уже объ этомъ, пролетаріатъ кровно заинтересованъ въ ходѣ дѣлъ мѣстнаго самоуправленія, облагающаго его налогами, распоряжающагося дѣломъ народнаго образованія и врачебной помощи, завѣдующаго санитарнымъ надзоромъ, издающаго обязательныя правила о порядкѣ производства работъ въ помѣщичьихъ экономіяхъ и торгово-промышленныхъ заведеніяхъ и т. д., и т. д. И именно потому, что онъ въ этомъ кровно заинтересованъ, земцы выставляютъ требованія о недопущеніи его въ участію въ самоуправленіи. Мнимые "представители народа" отрекаются отъ него въ тотъ самый моментъ, когда заходитъ рѣчь о представительствѣ народа!

Но если классовый инстинктъ заставляетъ земцевъ заглушать внушенія политическаго разума, повелительно диктующаго имъ необходимость искать въ народѣ опоры для своихъ "либеральныхъ" требованій; если земцы но хотятъ идти съ народомъ, то народъ сумѣетъ завоевать свободу безъ нихъ и противъ нихъ. Дѣло соціалдемократіи разъяснить пролетаріату, городскому и сельскому, истинное значеніе политической дѣятельности земствъ, и тогда пролетаріатъ сумѣетъ заставить земцевъ -- подъ страхомъ политической смерти -- идти дальше, чѣмъ это имъ диктуетъ ихъ классовая буржуазная психологія.

Только выставивъ на своемъ знамени, совершенно открыто и недвусмысленно, требованіе всеобщаго, равнаго и прямого избирательнаго права для всѣхъ гражданъ и во всѣ представительныя учрежденія, либеральные земцы могутъ разсчитывать встрѣтить въ организованномъ пролетаріатѣ союзника въ дѣлѣ достиженія этой ближайшей saдачи; безъ такого лозунга и въ этой ограниченной сферѣ борьбы пролетаріата за свое полное освобожденіе отъ всѣхъ видовъ гнета и эксплуатаціи, земцы будутъ для него противникомъ, котораго необходимо побѣдить одновременно съ абсолютизмомъ для достиженія ближайшей политической задачи соціалдимократической партіи -- завоеванія демократическаго народовластія.

Съ народомъ противъ абсолютизма или съ абсолютизмомъ противъ народа -- такова въ концѣ концовъ будетъ диплома, которая встанетъ передъ либеральнымъ земствомъ,-- и ему не мѣшаетъ теперь же подумать о ней.


Ф. Данъ.